+7 (499) 322-30-47  Москва

+7 (812) 385-59-71  Санкт-Петербург

8 (800) 222-34-18  Остальные регионы

Звонок бесплатный!

Квалификация убийства малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии

Дата размещения статьи: 05.05.2015

Литература

1. Володин Д., Попов А. Сон и сильная степень опьянения как обстоятельства, свидетельствующие о беспомощном состоянии потерпевшего при убийстве // Уголовное право. 2002. N 3.
2. Коробеев А.И. Убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии // Уголовное право в XXI веке. М., 2002.
3. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть / Под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай. М., 2011.

Содержание

Убийство малолетнего или иного лица, заведомо для виновного нахо­дящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека (п. «в» ч. 2 ст 105 УК РФ).

Малолетними признаются лица, не достигшие 14-летнего возраста. Воз­никает вопрос о необходимости установления факта осознания виновным ли­цом малолетнего возраста потерпевшего. Отсутствие указания в уголовном за­коне на «заведомость» применительно к возрасту потерпевшего дает основание полагать, что в этом нет необходимости.

В соответствии с и. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК)» под беспомощным состоянием понимается неспособность потерпевшего в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное со­противление виновному, когда последний, совершая убийство, сознает это об­стоятельство. К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены, в частности, тяжелобольные и престарелые, лица, страдающие пси­хическими расстройствами, лишающими их способности правильно восприни­мать происходящее».

Следует акцентировать внимание на том, что только лишь наличие заболе­вания, престарелый возраст или психическое расстройство еще не свидетельству­ет о необходимости вменения и. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Определяющим является то обстоятельство, что в силу этих причин потерпевший не способен защитить себя, и это используется виновным для достижения преступного результата.

Очевидно, что Верховный Суд РФ дает лишь примерный перечень лиц, которые могут быть признаны, по его мнению, находящимися в беспомощном состоянии и, по сути, не называет четких критериев данного квалифицирующе­го признака. В определенных ситуациях его наличие сомнений не вызывает.

Так, по приговору Рязанского областного суда по и. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ Л. осужден за убийство отчима П. Суд установил, что Л., проживая в квартире отчима, приводил туда женщин, против чего возражал потерпевший, требовав­ший, чтобы Л. ушел из его квартиры. Во время очередной ссоры Л. нанес П. но­жом несколько колото-резаных ран, повлекших его смерть. Обосновывая квали­фикацию действий Л., суд указал, что виновный заведомо знал, что П. находится в беспомощном состоянии: имеет преклонный возраст (75 лет) и является инва­лидом II группы. Судебная коллегия Верховного Суда РФ признала квалифика­цию преступления правильной, а кассационную жалобу осужденного отклонила [64] [65] .

Однако в отдельных случаях решения судов противоречивы. Речь идет об убийстве лиц, находящихся в состоянии опьянения или сна.

Пермский краевой суд признал, что С. совершил убийство III, воспользо­вавшись его беспомощным состоянием. Преступление было совершено при следующих обстоятельствах. С. и Ш., работая на лесозаготовках и находясь в нетрезвом состоянии, подрались, после чего С. убежал в лес. Возвратившись через некоторое время, он увидел спящего на телеге Ш. Как указал суд, С., имея обиду и личные неприязненные отношения, воспользовавшись состоянием сна Ш, нанес ему топором по голове удар, повлекший смерть потерпевшего. Дей­ствия С. подлежали квалификации по и. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ [66] .

По другому делу Президиум Верховного Суда РФ по делу Т., исключая из приговора его осуждение по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, указал, что сон является жизненно необходимым и физиологически обусловленным состоянием челове­ка и не может расцениваться как беспомощное состояние 1 . Аналогичное реше­ние Президиум вынес по делу 3. Переквалифицируя действия виновного на ч. 1 ст. 105 УК РФ, он указал, что нахождение лица в состоянии алкогольного опья­нения не может свидетельствовать о его беспомощном состоянии в том пони­мании, которое соответствует п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ [67] [68] .

С. В. Бородин, проанализировав судебную практику, отмечает, что Вер­ховный Суд РФ в последнее время идет по пути применения п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ только в тех случаях, когда потерпевший, находящийся в беспомощном состоянии, сознает, что его лишают жизни, но не в состоянии оказать сопро­тивление [69] .

Убийство не может быть квалифицировано по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ в тех случаях, когда виновный сначала приводит потерпевшего в беспомощное со­стояние, например, путем применения сильнодействующих препаратов, а затем, воспользовавшись этим, лишает его жизни. Так, осуждение лица по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ исключено из приговора, поскольку потерпевшая была специаль­но приведена в беспомощное состояние для облегчения ее убийства. А. подме­шал большую дозу снотворного лекарственного средства — димедрола в водку, употреблявшуюся потерпевшей Б. Когда потерпевшая находилась под воздей­ствием лекарственного вещества (димедрола), А. накрыл ее лицо полотенцем и удерживал до тех пор, пока та не перестала подавать признаки жизни. Как указал Президиум Верховного Суда РФ, по смыслу закона убийство лица, которое ви­новный в процессе лишения жизни своими действиями привел в состояние «сон­ливости и заторможенности», нельзя отнести к беспомощному состоянию [70] .

Убийство потерпевшего, совершенное после его связывания или избие­ния, также не может квалифицироваться как убийство с использованием беспо­мощного состояния. Областным судом Кл., К. и Г. осуждены, в т. ч., по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Президиум Верховного Суда РФ, исключая осуждение ви­новных по указанному пункту, отметил следующее. Как видно из материалов дела, потерпевший физическими и психическими заболеваниями не страдал. Когда он вышел из гаража, подсудимые затащили его обратно, связали и убили. Связывание потерпевшего в процессе лишения жизни является составным эле­ментом объективной стороны преступления — убийства [71] .

Судебная практика не признает убийством с использованием беспомощ­ного состояния случаи так называемого внезапного причинения смерти (неожиданное нападение, выстрел снайпера и т. п.).

Значительное превосходство виновного в силе и количественное превос­ходство также не может свидетельствовать о беспомощности жертвы 1 .

При квалификации убийства, сопряженного с похищением человека, сле­дует иметь в виду, что ответственность по данному пункту наступает не только за умышленное причинение смерти самому похищенному лицу, но и за убий­ство других лиц, совершенное виновным в связи с похищением человека.

Под похищением человека понимается изъятие и перемещение потер­певшего против или помимо его воли с целью последующего удержания в дру­гом месте. Похищение лица исключительно с целью его последующего убий­ства является составным элементом насилия, характерного для убийства, и не может квалифицироваться по и. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Таким образом, для вменения указанного квалифицирующего признака необходимо, чтобы умысел на убийство похищенного возник и был реализован после реализации умысла на его похищение.

К убийству, сопряженному с похищением человека, следует относить:

а) убийство до совершения указанного преступления с целью облегчить его осуществление. Например, убийство возможных свидетелей. Это будет специальным случаем убийства, предусмотренного в и. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, не требующим дополнительной квалификации по названному пункту;

б) убийство в процессе похищения человека с целью облегчить его со­вершение путем прекращения или предотвращения сопротивления со стороны потерпевшего или иных лиц, препятствующих осуществлению преступного намерения;

в) убийство после похищения человека с целью скрыть его или по мотиву мести за сопротивление, оказанное в ходе этого преступления.

Особое внимание при квалификации следует обратить на то, что содеян­ное должно квалифицироваться по совокупности с преступлением, предусмот­ренным ст. 126 УК РФ.

Так, Б. решил выяснить отношения с 3. и предложил А. и Р. поехать вме­сте с ним. Найдя потерпевшего, Б. стал избивать его, а затем Б. и А. связали ему руки, вывели из квартиры, посадили в автомашину и привезли в дом Б. Там Б. решил убить потерпевшего. Сделав петлю, он накинул ее на шею потерпевшего и при помощи А. и Р. повесил его на дереве. В результате механической асфик­сии наступила смерть 3. Действия виновных правильно были квалифицированы по совокупности и. «в», «ж» ч. 2 ст. 105 и ст. 126 УК РФ [72] [73] .

Убийство малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки»

Аннотация научной статьи по государству и праву, юридическим наукам, автор научной работы — Абубакиров Ф.М., Джафаров А.Г.

В статье анализируются квалифицирующие признаки убийства , совершенные в отношении малолетнего , лица находящегося в беспомощном состоянии , а так же сопряженные с похищением человека . Определены основные проблемные вопросы квалификации и предложены пути их решения.

Это интересно:  Принудительные меры медицинского характера по УК РФ

Похожие темы научных работ по государству и праву, юридическим наукам , автор научной работы — Абубакиров Ф.М., Джафаров А.Г.,

Текст научной работы на тему «Убийство малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека»

Ф. М. Абубакиров канд, юрид. наук, доцент А. Г.Джафаров магистрант Хабаровский государственный университет экономики и права, г. Хабаровск, Российская Федерация

УБИЙСТВО МАЛОЛЕТНЕГО ИЛИ ИНОГО ЛИЦА, ЗАВЕДОМО ДЛЯ ВИНОВНОГО НАХОДЯЩЕГОСЯ В БЕСПОМОЩНОМ СОСТОЯНИИ, А РАВНО СОПРЯЖЕННОЕ С ПОХИЩЕНИЕМ ЧЕЛОВЕКА2

В статье анализируются квалифицирующие признаки убийства, совершенные в отношении малолетнего, лица находящегося в беспомощном состоянии, а так же сопряженные с похищением человека. Определены основные проблемные вопросы квалификации и предложены пути их решения.

Убийство, малолетний, беспомощное состояние, похищение человека, квалификация, совокупность.

Пунктом «в» части 2 ст. 105 УК РФ предусмотрены три относительно самостоятельных квалифицирующих признака убийства: малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека. Названные отягчающие вину обстоятельства прописаны в одном пункте уголовно-правовой нормы и корреспондируются друг с другом. До изменений внесенных в п. «в» Федеральным законом от 27.07.2009 N 215-ФЗ, понятие «беспомощное состояние» включало признак малолетства. Видимо выделение в качестве самостоятельного признака «малолетнего» объясняется возрастными характеристиками. Малолетний возраст характеризируется не достижением потерпевшим четырнадцатилетнего возраста. Оба признакаобъединяет следующее:

а) объективный критерий — неспособность активно сопротивляться виновному либо уклониться от посягательства, т.е. самостоятельно защитить себя в момент посягательства;

б) субъективный критерий — осознание и использование виновным обстоятельства малолетства и беспомощности потерпевшего.

На эти обстоятельства обращает внимание высшаяя надзорная инстанция. Согласно данным разъяснениям убийство надлежит квалифицировать по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ в тех случаях, когда произошло «причинение смерти потерпевшему, не способному в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление виновному, когда последний, совершая убийство, осознает это обстоятельство. К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены, в частности, тяжелобольные, престарелые, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее» [1, п. 7].

В связи с квалификацией действий виновного по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ возникает вопрос — должна жертва осознавать состояние своей беспомощности или это не обязательно для правильной квалификации. Мнения ученых разделились. Одни полагают, что такое осознание беспомощности у потерпевшего должно быть. Из этого можно сделать вывод, что спящий, находящийся в обмороке, бессознательном состоянии, тяжелой степени опьянения или ином беспомощном состоянии человек не может считаться беспомощным [2, с.23].

Вторая группа ученых считает, что в таких случаях не нужно констатировать тот факт, что потерпевший должен понимать свою беспомощность и что его должны и могут убить. По мнению Г. Н. Борзенква «беспомощное состояние жертвы — объективная категория» [3, с. 46]. Состояние беспомощности существует независимо от того, есть это осознание у потерпевшего или нет. Это относится и к спящему, так как потерпевший во время сна в любом случае является для виновного абсолютно беззащитным и беспомощным. Такое понимание беспомощного состояния заслуживает внимания. Главное, что имеющаяся беспомощность потерпевшего осознается виновным — это ключевое положение.

Ранее действующая судебно-следственная практика ориентировалась на данное положение вплоть до принятия постановления Пленума Верховного Суда РФ №1 от 27. 01. 1999 г. [1]. Такое понимание «беспомощного состояния» сохранилось применительно к иным составам преступления. Так, в соответствии с судебной практикой нормативного характера изнасилование и насильственные действия сексуального характера следует признавать совершенными с использованием беспомощногосостояния потерпевшего лица в тех случаях, когда оно в силу своего физического или психического состояния (слабоумие или другое психическое расстройство, физические недостатки, иное болезненное либо бессознательное состояние), возраста (малолетнее или престарелое лицо) или иных обстоятельств не могло понимать характер и значение совершаемых с ним действий либо оказать сопротивление виновному. При этом лицо, совершая изнасилование или насильственные действия сексуального характера, должно сознавать, что потерпевшее лицо находится в беспомощном состоянии. При квалификации указанных сексуальных действий в отношении потерпевшего лица, которое находилось в состоянии опьянения, необходимо исходить из того, что беспомощным состоянием может быть признана лишь такая степень опьянения, которая лишала это лицо возможности понимать характер и значение совершаемых с ним действий либо оказать сопротивление виновному лицу. При этом не имеет значения, было ли потерпевшее лицо приведено в такое состояние виновным или находилось в беспомощном состоянии независимо от его действий [4, п. 5,6].

Признак беспомощного состояния потерпевшего предусмотрен и в других уголовно-правовых нормах (п. «б» ч. 2 ст. 111, п. «в» ч. 2 ст. 112, п. «г» ч. 2 ст.117, ч. 2 ст. 120, п. «б» ч. 4 ст. 131, п. «б» ч. 4 ст 132 УК РФ. Следовательно необходима унификация понятия для единообразного подхода при толковании и квалификации по признаку «беспомощного состояния» в целях минимизации нарушения принципов применения уголовного права.

Убийство, сопряженное с похищением человека, необходимо квалифицировать по совокупности преступлений предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 105 УК и ст. 126 УК, так как составом убийства похищение человека не охватывается. Применение данного признака усложняется отсутствием конкретизации формулы квалификации в разъяснениях высшей надзорной инстанции. При квалификации действий виновного по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ по признаку «убийство, сопряженное с похищением человека» имеется в виду, что по смыслу закона ответственность по данному пункту ч. 2 ст. 105 УК РФ наступает не только за умышленное причинение смерти самому похищенному, но и за убийство других лиц, совершенное виновным в связи с похищением человека. Содеянное должно квалифицироваться по совокупности с преступлением, предусмотренным ст. 126 УК РФ [1, п. 7].

В теории уголовного права подобная трактовка воприминается неоднозначно. Одни авторы считают, что подобное указание в данном постановлении Пленума ошибочно[5, с. 7]. Не ясно к каким случаям следует отнести последнее предложение постановления. Будет ли совокупность, когда лишается жизни сам похищенный либо она будет только тогда, когда похищают одно лицо, а лишают жизни другого? Если согласиться с последним, то квалификация не «вписывется» в общую картину анализируемого состава. В них речь идет об усиленной охране объекта посягательства (потерпевшего), то есть, лицу причиняется смерть при наличии дополнительных качеств — это малолетний возраст, беспомощное состояние и совершении другого претупления — похищение человека .

В первом варианте, действия виновного образуют совокупность лишь тогда, когда было совершено похищение человека, а потом у виновного наблюдается «эволюция умысла» на лишение похищенного жизни.

Если же похищение человека являлось средством преодоления сопротивления облегчающим его последующее убийство то совокупности не будет. Действия виновного квалифицируются без учета сопряженности только по ст. 105 УК РФ.

В ст. 105 Уголовного кодекса РФ предусмотрено шесть составов предусматривающих убийство сопряженное с иными самостоятельными преступлениями, предусмотренными в качестве квалифицирующего признака. По мимо пощищения человека это убийства сопряженные с разбоем, вымогательством, бандитизмом (п. «з» ч. 2), изнасилованием и насильственными действиями сексуального характера (п. «к» ч. 2). Содеянное в таких случаях квалифицируется по совокупности, то есть п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и соответствующим статьям Уголвного кодекса РФ, предусматривающие ответственность за разбой, вымогательство, бандитизм, изнасилование и насильственные действия сексуального характера [1, п. 7, 11, 13].

Разъясняя правовую оценку убийства сопряженного с разбоем и вымогательством Верховный Суд РФ называет варианты квалификации. Если лицо во время разбойного нападения совершает убийство потерпевшего, содеянное им следует квалифицировать по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, а также по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ [6, п. 22]. В последующей редакции постановления Пленума Верховного Суда РФ от 06.02.2007 N° 7 дана следующая формула квалификации: «Если в ходе разбойного нападения с целью завладения чужим имуществом потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью, что повлекло за собой наступление его смерти по неосторожности, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений — по пункту «в» части четвертой статьи 162 и части четвертой статьи 111 УК РФ» [7, п. 21]. Однако правила квалификации при умышленном убийстве остались прежними, п. «з» ч. 2 ст.105 УК РФ и п. «в» ч. 4 ст. 162 УУК РФ.

Подобная формула обвинения дается в другом постановлении Пленума Верховного Суда РФ: «Вымогательство, сопряженное с убийством, квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных пунктом «в» части 3 статьи 163 и пунктом «з» части 2 статьи 105 УК РФ» [8, п. 9].

Представляется справедливым аналогичный подход уголовно-правовой оценки распространить и на убийство сопряженное с рассматриваемым квалифицирующим признаком. То есть, убийство сопряженное с похищением человека должны квалифицироваться по совокупности с составом похищения человека с примменением насилия, опасного для жизни или здоровья — п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и п. «в» ч. 2 ст. 126 УК РФ.

Список использованной литературы:

1.О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ): постановление Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 27.01.1997 г. «» (в ред. от 3 марта 2015 г.) // СПС «КонсультантПлюс»: URL : http://www.consultant.ru/ (дата обращения: 10.06.2016).

2. Уголовно правовые аспекты борьбы с преступлениями против личности / Ф. М., Абубакиров [и др.] ; под ред. В. Е. Степенко. — Хабаровск : Изд-во Тихоокеан. гос. ун-та, 2014. — 292с.

4. О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности : постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 16 от 4 декабря 2014 г.

5. Якушин В. А. Некоторые вопросы квалификации убийств // Вестник ВУиТ. 2015. №2 [82].

6. О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29.

Это интересно:  Тайна предварительного следствия УПК РФ

7. О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое : постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 (ред. от от 24.05.2016 №23).

8. О судебной практике по делам о вымогательстве (статья 163 Уголовного кодекса Российской Федерации) : постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2015 г. № 56.

§ 3. Квалификация убийства лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо захватом заложника (п. «в» ч. 2 ст. 105 ук)

Названный пункт ст. 105 УК предусматривает ответственность за три самостоятельных вида убийства, совершенных при обстоятельствах, отнесенных законодателем к квалифицирующим признакам. Таковыми являются: убийство лица, находящегося в беспомощном состоянии; убийство, сопряженное с похищением человека; убийство, сопряженное с захватом заложника.

Причиной объединения их в один п. «в», по мнению ученых, является то обстоятельство, что во всех трех случаях убийства потерпевшие находятся в таком состоянии и содержатся в таких условиях, когда они не имеют возможности защитить свою жизнь от реальной угрозы убийства*(159). В любом случае квалификация убийства лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, требует установления двух обязательных факторов: потерпевший находился в беспомощном состоянии; виновному заведомо (достоверно, точно) было это известно и он воспользовался данным обстоятельством для умышленного лишения жизни человека.

Беспомощность означает неспособность потерпевшего в силу своего физического или психического состояния совершить какие-либо действия: защитить себя, оказать активное сопротивление виновному. Неспособность оказать сопротивление в случае, предусмотренном п. «в», означает, что потерпевший должен понимать (видеть, чувствовать), что на него готовится реальное, грозящее жизни физическое воздействие. Если он этого не осознает, значит, о физическом сопротивлении речи нет. Сопротивляться можно очевидной, реально грозящей опасности. К лицам, находившимся в беспомощном состоянии при физическом воздействии, могут быть отнесены тяжело больные, инвалиды, престарелые, малолетние (в частности, дети старше 5 лет, которые сознают намерение виновного лишить их жизни, однако не могут оказать сопротивление по причине несоответствия физических сил).

Оценка способности потерпевших к сопротивлению чаще всего — вопрос факта. Суд должен изучить все обстоятельства совершенного преступления, соотношение физических данных нападающего и обороняющегося, наличие у них оружия и т.д. Лишь затем можно сделать вывод о беспомощном состоянии потерпевшего, который физически не мог оказать сопротивления нападающему.

Беспомощными считаются и лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно осознавать свои действия и руководить ими. Это так называемая психическая беспомощность, которая означает, что лицо не сознает фактических действий виновного либо их общественной опасности (например, без сопротивления соглашается на введение ему смертельной дозы яда под видом назначенного врачом лекарства) и по этой причине не защищает себя, не оказывает сопротивления убийце. К такой категории относятся психически больные — хроники, лица с острыми психическими расстройствами, с патологией сознания (идиотия, дебильность в тяжелой степени и т.п.). Судебная практика относит к лицам, находящимся в состоянии психической беспомощности, и таких потерпевших, которые вследствие глубокого наркотического либо алкогольного опьянения не сознавали происходящего с ними по этой причине не могли оказать сопротивление виновному*(160). Во всех перечисленных случаях психическая неполноценность потерпевшего должна быть подтверждена заключением психиатрической экспертизы с указанием диагноза и симптомов заболевания либо наличия патологии в психическом развитии потерпевшего. Вывод же о способности (неспособности) сознавать происходящее и руководить своими действиями делают правоохранительные органы либо суд.

В научной литературе длительное время обсуждается вопрос о возможности отнесения к категории беспомощного состояния потерпевшего пребывания во сне. Пленум Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве»*(161) не высказал четкого суждения на этот счет. Однако за период с 2001 по 2004 г. при рассмотрении конкретных уголовных дел в кассационной и надзорной инстанциях Верховного Суда РФ последовательно проводится мысль о том, что при лишении жизни потерпевшего, пребывающего в состоянии сна, действия виновного не следует квалифицировать по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК. Эти лица, по мнению Верховного Суда, не сознают факта покушения на их жизнь, в связи с чем сам вопрос о возможности либо невозможности оказания сопротивления убийце отпадает.

Повышенная общественная опасность убийства лица, находящегося в беспомощном состоянии, по мнению Верховного Суда, поддерживаемому многими научными работниками, состоит именно в том, что потерпевший, сознавая опасность для своей жизни, физически не способен оказать ему сопротивление. На такой позиции стоят и региональные федеральные суды, рассматривающие уголовные дела по убийствам, предусмотренным п. «в» ч. 2 ст. 105 УК.

Считать это мнение бесспорным нельзя. Если психическая беспомощность трактуется как неспособность лица сознавать факт покушения на его жизнь из-за болезненного состояния и других названных обстоятельств, то потерпевшие, находящиеся в состоянии сна (обычного, алкогольного, наркотического), полностью подпадают под эти характеристики. Они также не могут оказать сопротивление нападающему не по причине физической немощи, а из-за отключенности сознательной деятельности головного мозга во время сна. А следовательно, нет необходимости исключать потерпевших, убитых в момент сна, из числа лиц, находящихся в беспомощном состоянии*(162). Верховному Суду следовало бы высказаться на этот счет более обстоятельно и аргументированно.

Для правильной квалификации по п. «в» ч. 2 ст. 105 правоприменителю необходимо установить также, кто привел в беспомощное состояние человека, которого затем убили.

В зависимости от выявленных обстоятельств приведения потерпевшего в состояние беспомощности квалификация действий убийцы может быть представлена в трех вариантах:

1) субъект лишает жизни потерпевшего, который в беспомощном состоянии оказался по каким-то причинам, не связанным с действиями убийцы. Квалификация — п. «в» ч. 2 ст. 105 УК;

2) субъект, выполняя поставленную цель на лишение жизни, избивает (душит, применяет другие виды насилия), приводя потерпевшего в беспомощное состояние, а затем убивает его — п. «в» ч. 2 ст. 105. Предварительно применяемое насилие является началом выполнения объективной стороны убийства. Потерпевший уже в это время не способен оказать противодействие виновному, который оказывается физически более сильным, агрессивным. Подавив волю потерпевшего к сопротивлению, он затем убивает беспомощного человека. В этом случае необходимо доказать, что начальные насильственные действия охватывались умыслом виновного как начало убийства;

3) субъект привел потерпевшего в беспомощное состояние в процессе ссоры на почве личных неприязненных отношений, перешедшей в драку. Затем он ушел с места преступления, оставив избитого одного. Умысел на лишение жизни возникает через небольшой промежуток времени из-за высказанной потерпевшим угрозы отомстить. Вернувшись, субъект обнаруживает потерпевшего на том же месте, не способного к защите из-за физической беспомощности. Убийство его по возникшему в этот момент умыслу следует квалифицировать по п. «в» ч. 2 ст. 105 в совокупности со ст. 111 УК — за тяжкий вред здоровью, причиненный ранее, в процессе драки.

Вторым видом убийства, названным в п. «в» ч. 2 ст. 105, является убийство, сопряженное с похищением человека. Третьим — сопряженное с захватом заложника. Правильная квалификация деяния с учетом названных признаков требует прежде всего четкого определения термина «сопряженность», являющегося ключевым при решении вопроса о беспомощном состоянии названных потерпевших.

Сопряженность означает взаимосвязанность двух различных действий, совершение их одновременно или последовательно, одного за другим. Сопряженность убийства с другими названными преступлениями означает, что лишение жизни с объективной стороны совершается, как правило, в том же месте, в то же время, что и другое преступление, а с субъективной стороны осуществляется с прямым либо косвенным умыслом по мотивам и целям, связанным с первым преступлением.

Мотивом (целью) совершения убийства может быть облегчение совершения первого преступления, преодоление сопротивления потерпевшего или других лиц, пытавшихся противодействовать криминальному деянию, желание скрыть уже совершенное преступление либо месть за оказанное сопротивление (противодействие) преступнику. Убийство по мотивам мести по времени может совершаться и по истечении промежутка времени после совершения первого преступления. В этот период состояние беспомощности у лица, которое лишается жизни, уже отсутствует. Следовательно, даже установив, что мотив лишения жизни (месть) связан именно с данным преступлением, считать его сопряженным с похищением или захватом заложника нельзя. Таким образом, потерпевшими при убийстве могут быть лица, в отношении которых осуществлялось первое преступление, а также любые другие лица, пытавшиеся противодействовать преступнику, либо просто случайно оказавшиеся в зоне действия виновного, совершающего похищение человека или захват заложника. В последнем случае убийство совершается с косвенным умыслом.

В ч. 2 ст. 105 термин «сопряжение» встречается в трех пунктах: п. «в» — убийство, сопряженное с похищением человека либо захватом заложника; п. «з» — убийство, сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом; п. «к» — убийство, сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера.

Соглашаясь с данным толкованием, можно сделать вывод, что убийство, совершенное в процессе совершения других преступлений, указанных в пп. «в», «з», надо считать сопряженным с этими преступлениями. Оно совершается в том же месте, в то же время, что и названные преступления. Лишение жизни диктуется обстановкой совершения этих преступлений. Вместе с тем мотивы лишения жизни могут не совпадать с мотивами преступлений, совершенных до этого, так же как и граждане, ставшие жертвами убийств, могут быть разными. Ими могут быть потерпевшие от первого деяния, а также их родственники, близкие, присутствовавшие на месте совершения преступления, и даже незнакомые люди, случайно оказавшиеся в зоне криминальных действий по захвату заложника. Диапазон мотивов убийства может быть значительным: корысть, месть, личная неприязнь, садизм и т.п. Общим для них является сопряженность (связанность) с первым преступлением, которое послужило поводом, обстоятельством или условием лишения жизни. Виновному необходимо вменять оба преступления с последующим назначением наказания по совокупности преступлений (ст. 69 УК), ибо он в таких случаях посягает на два различных объекта: жизнь и личную свободу (ст. 126 УК), жизнь и общественную безопасность (ст. 206 УК). Несколько отличается по мотивам, времени и месту совершения убийство, сопряженное с изнасилованием (п. «к» ч. 2 ст. 105). Эти особенности рассматриваются далее при анализе такого вида убийства.

Это интересно:  Ответственность за утрату военного имущества

Убийство малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

Данная норма включает в себя три разновидности убийства:

1) убийство малолетнего;

2) убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии;

3) убийство, сопряженное с похищением человека;

К малолетним относятся несовершеннолетние, не достигшие 14-летнего возраста (ст. 28 ГК РФ).

Исходя из буквы закона (п. «в» ч. 2 ст. 105), возраст потерпевшего малолетнего значения не имеет. Главное в том, чтобы этот возраст не превышал 14 лет. Таким образом, к малолетним, применительно к рассматриваемому составу, относятся лица от момента рождения (момент первого вздоха) до достижения ими 14 лет.

Под беспомощным состоянием следует понимать такое психическое, физиологическое или физическое состояние лица, в силу которого оно было лишено возможности оказать сопротивление убийце.

Это может быть патологическое расстройство душевной деятельности (невменяемость), когда субъект не мог сознавать социальной значимости происходящего, а оттого и не мог оказать сопротивления; физические недостатки (субтильность, иные аномалии физического развития). В п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» дается примерный перечень такого состояния:

– психические расстройства, лишающие лицо способности правильно воспринимать происходящее.

В указанном перечне малолетство отнесено к беспомощному состоянию с одновременным выделением в диспозиции п. «в» ч. 2 ст. 105 малолетнего возраста как конститутивного признака преступления. В связи с этим может возникнуть следующий вопрос, какой признак данного состава вменять лицу в конкретном случае – убийство малолетнего или убийство лица, находящегося в беспомощном состоянии. Вопрос в данном случае должен решаться с учетом наличия специальной нормы. Коль скоро малолетний получил особый статус в диспозиции нормы, следовательно, но этому признаку и необходимо квалифицировать деяние.

Упомянутый Пленум Верховного Суда РФ, к сожалению, обошел вниманием состояние алкогольного опьянения, хотя в судебной практике этот вопрос решался далеко неоднозначно. При этом позиция Верховного Суда РФ изменялась без должной аргументации. Первоначально существовала позиция, в соответствии с которой убийство лица, находящегося в состоянии сильной степени алкогольного опьянения, признавалось квалифицированным убийством. Однако в настоящее время прослеживается иная тенденция в решении данного вопроса.

Например, по одному из рассмотренных дел было установлено, что «согласно заключению судебно-медицинского эксперта, показаниям представителя потерпевшего Хисматуллина и свидетеля Гильмутдинова, потерпевший Хисматуллин находился в сильной степени алкогольного опьянения, а Хайруллин по своим физическим данным имел явное превосходство над ним. При таких обстоятельствах суд обоснованно признал, что потерпевший Хисматуллин заведомо для Хайруллина находился в беспомощном состоянии. Таким образом, вывод суда о виновности Хайруллина во вмененном ему преступлении основан на доказательствах, достоверность которых не вызывает сомнений. Юридическая квалификация содеянного правильна. Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом содеянного, данных о его личности и всех обстоятельств дела, оснований для его смягчения не имеется» [1] .

В другом случае суд принял определение, согласно которому «то обстоятельство, что потерпевший в момент совершения преступления был в сильной степени алкогольного опьянения, не дает оснований считать его находившимся в беспомощном состоянии» [2] .

Та же ситуация характерна и для состояния сна. В одних случаях сон признается в качестве обстоятельства, свидетельствующего о беспомощности лица, в других – нет.

Так, в обзоре судебной практики Верховного Суда РФ за второй квартал 1997 г. убийство спящего потерпевшего путем нанесения ему трех ударов топором но голове было признано совершенным в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии [3] . Спустя некоторое время Верховный Суд РФ принимает иное решение и разъясняет, что «нахождение потерпевшего в состоянии спа к числу обстоятельств, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, не относится, поскольку является необходимым физиологическим состоянием человеческого организма» [4] .

Представляется, что судейские противоречия могут быть сняты алгоритмом, который предложен в вышеуказанном постановлении Пленума Верховного Суда РФ. В постановлении, напомним еще раз, разъясняется судам, что беспомощным (выд. авт. – II. И.) является такое состояние, при котором потерпевший неспособен «в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление виновному. «. Исходя из данного разъяснения Пленума Верховного Суда РФ суду следует определить, мог ли данный конкретный субъект, находясь в состоянии сна или алкогольного опьянения, оказать сопротивление нападающему или нет? В зависимости от ответа на этот вопрос и следует решать, находился ли потерпевший в беспомощном состоянии.

Судебная практика дает также ответ на вопрос о том, считать ли состояние беспомощности в случае, если злоумышленник сам привел жертву в такое состояние. При этом заметим, что общепризнанное мнение заключается в том, что если виновный сам привел жертву в состояние, при котором она не могла оказать сопротивление, беспомощное состояние исключается.

По этому поводу в обзоре судебной практики Верховного Суда РФ за третий квартал 2011 г. предлагается довольно интересный вывод, сделанный на основе анализа случившегося криминального события. Суть события заключалась в том, что мужчина нанес женщине множественные удары, и когда она потеряла сознание – убил ее. Па основе рассмотренного сюжета предлагается считать убийство без использования беспомощного состояния, поскольку виновный сам привел потерпевшую в состояние «анабиоза» [5] .

Думается, что предлагаемое решение не может быть однозначным. Более того, доведя жертву до потери сознания, которое нейтрализует всякие возможности сопротивления, виновный действительно использовал беспомощное состояние, что и необходимо отразить в следственных и судебных документах. Разве уголовный закон или Пленум Верховного Суда РФ делают различие в том, каким образом жертва оказалась в беспомощном состоянии? Главное для квалификации убийства но п. «в» ч. 2 ст. 105 является факт использования состояния беспомощности.

Убийства, сопряженные с похищением человека, могут быть в некоторых случаях рассмотрены как частный случай убийства лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, поскольку обстоятельства, сопутствующие похищению человека, сковывают во многих случаях возможность к сопротивлению или вовсе ее устраняет. Если убийство, сопряженное с похищением человека, свидетельствовало одновременно о беспомощности состояния лица, очевидного для виновного, тогда вопрос решается так же, как и при конкуренции общей и специальной нормы, – деяние квалифицируется согласно норме, более конкретно предусматривающей соответствующие признаки деяния. В нашем случае это будет убийство, сопряженное с похищением человека.

Под похищением человека следует понимать завладение человеком вопреки его воле.

Похищение может быть совершено различными способами – тайно, открыто, путем обмана или злоупотребления доверием. Для квалификации по п. «в» ч. 2 ст. 105 необходимо, чтобы убийство было сопряжено с похищением. В данном случае умышленное лишение жизни является сопутствующим результатом и необходимым продолжением ранее совершенного похищения. При этом убийство может быть совершено как в процессе похищения, так и во время незаконного удержания похищенного или при передаче его заинтересованным лицам.

Как правило, убийство, сопряженное с похищением человека, квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 105 и ст. 126 или 206 УК РФ.

Именно так предлагается квалифицировать деяния в абз. 2 п. 7 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда РФ.

Представляется, что такая судебная рекомендация ошибочна. В п. «в» ч. 2 ст. 105 похищение уже учтено как признак конститутивного свойства. Следовательно, это единое преступление (как, например, разбой) и квалифицироваться деяние должно без совокупности. Кроме того, в ч. 1 ст. 17 УК РФ дан императив, согласно которому совершение двух или более преступлений, предусмотренных статьями Особенной части в качестве обстоятельств, влекущих более строгое наказание, исключает совокупность. Поэтому разъяснения судам, данные в вышеуказанном постановлении Пленума Верховного Суда РФ, в этой части несостоятельны.

Не исключены случаи, когда похищение человека являлось лишь средством совершения убийства. На такие ситуации полностью распространяются правила квалификации преступлений, согласно которым, если одно деяние является средством совершения другого, более опасного преступления, тогда в целом оно квалифицируется как единое преступное посягательство. В нашем случае это п. «в» ч. 2 ст. 105.

Если в процессе похищения произошло неосторожное лишение жизни потерпевшего, деяние квалифицируется по ч. 3 ст. 126 УК РФ.

По смыслу закона ответственность по п. «в» ч. 2 ст. 105, как разъясняется в п. 7 упомянутого постановления Пленума Верховного Суда РФ, наступает не только за умышленное причинение смерти самому похищенному или заложнику, но и за убийство других лиц, совершенное виновным в связи с похищением человека либо захватом заложника.

Субъективная сторона деяния, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 105, характеризуется как с прямым, так и с косвенным умыслом

  • [1] ВВС РФ. 1998. № 4. С. 12.
  • [2] ВВС РФ. 2002. № 12. С. 6, 7.
  • [3] ВВС РФ. 1997. № 12. С. 7.
  • [4] ВВС РФ. 2002. № 10. С. 23.
  • [5] ВВС РФ. 2012. №2. С. 17.

Статья написана по материалам сайтов: xn—-7sbbaj7auwnffhk.xn--p1ai, lawbook.online, cyberleninka.ru, studfiles.net, studme.org.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector