Почему адвоката не пускают в СИЗО (следственный изолятор)? Нужно ли проходить досмотр?

Конституционный суд (КС) РФ подтвердил свою позицию о свиданиях адвокатов с клиентами в СИЗО: защитники не обязаны предоставлять сотрудникам изоляторов дополнительные документы, в том числе разрешения следователей на встречу со своими подзащитными. Суд отметил, что любой отказ в допуске адвоката в СИЗО должен быть мотивирован и не ограничиваться ссылкой на отсутствие некой бумаги.

Тем не менее, КС не стал просить законодателя вносить в правовые нормы изменения, посчитав, что положения действующей редакции закона очевидны и сотрудники СИЗО должны понимать, что требуют от адвокатов лишние документы, в которых нет необходимости.

Жалоба Карауловой

С жалобой в суд обращалась бывшая студентка МГУ Варвара Караулова (позднее сменившая имя на Александру Иванову) и ее защитники Гаджи Алиев и Сергей Бадамшин. Заявители полагали, что статья 18 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», которая устанавливает правила свиданий с обвиняемыми, нарушает их конституционные права.

Речь идет о разрешении следователя на встречу адвоката и его клиента в СИЗО, без которого защитников в изолятор не пускают. Нормы закона не обязывают адвокатов получать подобные разрешения. Однако на практике без него в изолятор не попадешь.

Адвокаты привели в пример свой случай – им несколько раз отказали во встрече с Карауловой, поскольку у них не было с собой уведомления следователя о их допуске в дело в качестве защитников.

Судебные инстанции нарушений закона в этой ситуации не увидели и жалобы адвокатов отклонили. Тогда представители интересов Карауловой обратились в КС, чтобы тот объяснил, нужно ли адвокатам разрешение следствия на свидание с клиентом.

«В силу неопределенности статьи и по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, влечет обязательность получения адвокатом уведомления (по своей юридической природе – разрешения) от лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, о допуске к участию в этом деле в качестве защитника, что в зависимости от ряда объективных и субъективных обстоятельств, связанных с получением такого уведомления, может лишить подозреваемого или обвиняемого, содержащегося под стражей, права своевременно получить квалифицированную юридическую помощь, а адвоката – возможности выполнять свои профессиональные обязанности», — пояснили заявители.

Свидание без похода к следователю

КС напомнил, что часть 4 статьи 49 УПК РФ устанавливает, что адвокат допускается к участию в уголовном деле в качестве защитника по предъявлении удостоверения адвоката и ордера. Соответственно, вступив в дело, адвокат наделяется соответствующими процессуальными полномочиями, в том числе и правом на свидание с подзащитным. А право на свидание, в свою очередь, является важнейшим условием реализации права обвиняемого на защиту, отмечает КС.

«Выполнение адвокатом, имеющим ордер юридической консультации на ведение уголовного дела, процессуальных обязанностей защитника не может быть поставлено в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, основанного не на перечисленных в уголовно-процессуальном законе обстоятельствах, исключающих участие этого адвоката в деле», — говорится в постановлении.

КС также отмечает, что требование обязательного получения адвокатом от следственных органов разрешения на допуск к участию в деле по существу означает, что обвиняемый может лишиться своевременной квалифицированной юридической помощи, а защитник – возможности выполнить свои профессиональные и процессуальные обязанности. Ведь следователь может отсутствовать на работе или намеренно избегать встречи с определенным адвокатом, чтобы не допустить его свидание с клиентом, указал суд.

«Следовательно, вступление адвоката в уголовное дело в качестве защитника влечет… обязанность следователя обеспечить реализацию права на свидания с доверителем, выполнение которой не ставится в зависимость от каких-либо дополнительных условий, включая предъявление следователю или администрации места содержания под стражей иных документов», — отмечает КС.

Суд подчеркивает, что положения статей 49 и 53 УПК РФ не дают следственным органам права принимать правоприменительные акты, разрешающие защитнику участвовать в деле. Также они не должны рассматриваться и как основание для введения разрешительного порядка на свидание адвокатов и клиентов.

Обязанность СИЗО

В постановлении напоминается, что закон закрепляет порядок проведения свиданий – наедине и конфиденциально без ограничения их числа и продолжительности. Также закон гарантирует, что свидания предоставляются защитнику по предъявлении удостоверения адвоката и ордера, а истребование у адвоката иных документов запрещается, сказано в решении КС.

Предоставление свидания с адвокатом предполагает, что администрация следственного изолятора как орган, ответственный за соблюдение режима, располагает сведениями о приобретении адвокатом процессуального статуса защитника в конкретном деле, полагает суд.

«Наличие таких сведений у администрации следственного изолятора обеспечивается ее отношениями со следователем, которые по своему характеру не относятся к уголовно-процессуальным и в которые не могут вовлекаться иные участники уголовного судопроизводства, в том числе со стороны защиты. Тем более такие отношения не должны влечь возложение на иных участников уголовного судопроизводства каких-либо обременений, дополняющих процедуру вступления адвоката в уголовное дело в качестве защитника», — отмечает КС.

Он напоминает, что отказ сотрудника СИЗО допустить защитника к клиенту должен быть обоснован. При этом отсутствие сведений о наделении адвоката статусом защитника не является достойным и справедливым аргументом для отказа во встрече, полагает КС.

«Иное истолкование норм расходилось бы с их аутентичным смыслом, противоречило бы правовым позициям Конституционного суда, лишало бы подозреваемого и обвиняемого возможности своевременно получить квалифицированную юридическую помощь, а адвоката (защитника) – возможности выполнить свои профессиональные и процессуальные обязанности», — говорится в решении КС.

Между тем, он полагает, что все перечисленные им толкования положений УПК являются очевидными. Следовательно, норма закона, на которую пожаловались адвокаты Карауловой, неопределенности не содержит и не может расцениваться как нарушающая их права. В связи с этим КС отказался принять жалобу к рассмотрению. Определение является окончательным и обжалованию не подлежит.

Сестер Хачатурян, убивших отца, не стали возвращать в СИЗО

27 сентября Басманный суд города Москвы отпустил всех трех сестер — Ангелину, Крестину и Марию — прямо из зала суда по домам. Реальный арест им заменили на относительно новую для РФ меру — запрет определенных действий. Девочкам запретили общаться друг с другом, с родственниками, друзьями и вообще кем-либо, кроме адвокатов и следствия. Любые средства связи также попали под запрет.

Напомним, что сестры-погодки обвиняются в убийстве собственного отца Михаила Хачатуряна . Многие назвали этот случай «доведением до убийства» — поведение отца даже следствием признано аморальным.

В СМИ попали лишь отголоски того, что происходило в семье за закрытыми дверями. Но и они шокируют — побои, унижения, насилие.

— Мы так счастливы, чтобы хотя бы на время следствия отпустили их, — плакала бабушка девчонок Лариса Тодика. — Это просто чудо!

Три сестры: история семьи Хачатурян

Они были рабынями, над ними издевался родной отец. Они взяли в руки нож и зарезали его. История трех сестер, которая потрясла всю страну. Подробности их жизни, рассказанные их мамой Аурелией.

ДВЕ НЕДЕЛИ ДОМА

— Ой, мы с девочками наобнимались, нацеливались — улыбается мать девушек Аурелия Дундук (следователь в индивидуальном порядке разрешил матери общение с дочерьми — Ред.). — Мы с Марией вдвоем сейчас в той квартире, что была получена от города на нашу многодетную семью. Обжились немного, хоть и успели отремонтировать только две комнаты. Но это мелочи. Гулять ходим вдвоем только. Моя подруга Наташа дала нам собачку свою на время — джекрассел терьера, чтобы нас охранял и повеселее было девочке. Он у нее в кровати приноровился спать. В бассейн вот думаю ее записать.

— Как Мария себя чувствует? Она уже получает лечение? (Следственной экспертизой младшая из сестер была признана невменяемой на момент совершения преступления — Ред).

— Плачет много. Плохо спит. Ей мерещится иногда отец. То как будто у окна он стоит, то снится ей. Боится она и в тюрьму попасть. Говорит, мама не хочу. Хотя в СИЗО с ней все очень хорошо обращались. Она рассказывала.

Это интересно:  Суд как участник уголовного судопроизводства

— Другие девочки как? Вспоминают о той жизни ?

— Я стараюсь с ними не говорить об этом. Зачем? Еще же будут следователи спрашивать, на суде. Зачем зря нервничать. А так все хорошо у них. Отъедаются, читают книжки. Ангелина по утрам занимается физкультурой. Но в одиночку они на улицу не ходят, боятся. Только с бабушкой и тетей (девочки с ними живут — Ред.). Но это все мелочи, главное, что они дома.

Абсолютно никаких вещей из квартиры отца сестры забрать не смогли. В чем их арестовали в тот роковой день — и все. Родня Хачатуряна не пустила в квартиру никого.

— Купили все новое — кофточки, штанишки, куртки и обувь, — говорит Аурелия. — Прошлись по магазинам. Скоро зима, теплых вещей тоже нет. Будем покупать.

Аурелия пока не работает, так как дочку оставить будет не с кем. Надеется, что после декабря удастся выйти на работу. Пока об этом не может быть и речи.

В квартире на Алтуфьевском шоссе, как рассказали « КП » соседи, теперь хозяйничает Арсен, племянник убитого. В последнюю субботу он выносил вещи — много огромных полиэтиленовых мешков оказались на помойке

— Даже то самое кожаное кресло, в котором убили Михаила, было вынесено на помойку, — рассказали подружки сестер. — Мы просили Арсена передать девочкам их одежду через нас. Он обещал, но так и не вышел на связь пока.

ИСТЕРИКА В СУДЕ

В суде были все родственники погибшего — с двух сторон.

— Вы запишите, запишите, что вон они втроем рядом сидят, — кричал на весь коридор адвокат потерпевшей стороны Чугашвилли. — Это запрещено по постановлению суда. Они не имеют права общаться. А вон сидят, улыбаются.

Сотрудники ФСИН и судебные приставы попытались успокоить разбушевавшегося защитники.

Мария, Крестина и Ангелина, действительно, выглядели куда лучше, чем раньше в «аквариумах» суда.

— Изначально не было речи о том, чтобы их доставлять вообще на апелляцию, — пояснил адвокат Крестины Алексей Липцер. — Но в итоге их привезли на машине СК в сопровождении сотрудников ФСИН.

Тюремные охранники зорко следили за тем, чтобы в сестрам никто не приближался. Ни другие родственники, ни многочисленные журналисты.

— Нам провокации на нужны, — резко отсылал всех любопытных пристав.

Из неофициальных источников стало известно, что ФСИНовцами была разработана целая спецоперация по тому, как незамеченными зайти и выйти из здания суда.

ПЕРВОЙ В ЗАЛ ВЫЗВАЛИ АНГЕЛИНУ

И хотя заседание было закрытым, до журналистов долетели слухи, что потерпевшая сторона активно выступала за то, чтобы девушек вернули под арест в СИЗО.

— Они нарушают все запреты, — выступал Чугашвилли.

Но несмотря на все это, судья приняла решение — потерпевшим отказать. А девочкам еще и смягчить меру пресечения, разрешив общение со всеми, кроме участников процесса.

— То есть друг с другом тоже нельзя? А с подругами? — налетела на адвокатов многочисленная группа поддержки девочек. — А интернет? А телефон? Можно?

— Им нельзя пользоваться интернетом, телефоном, общаться с подругами из числа свидетелей и друг с другом, — разъяснял адвокат Марии Ярослав Пакулин . — Зато учиться теперь можно. И с родными общаться. Определен круг лиц, которые под запретом. А с остальными можно.

По Крестине и самой младшей Марии Мосгорсудом приняты аналогичные решения — меру пресечения оставить в силе.

Следующее заседание по продлению меры пресечения состоится не позже 28 декабря.

— Срок проведения следствия тоже ограничен концом года, — пояснил Алексей Липцер. — Так что с нового года перейдем к рассмотрению основного дела.

КСТАТИ

«Ремонт идет нон-стоп»: Корреспондент «Комсомолки» побывала в квартире, куда могут поместить 17-летнюю Марию Хачатурян

В четверг, 27 сентября, Басманный суд примет решение о мере пресечения трем сестрам, убивших отца. Ожидается, что девушек отпустят из СИЗО

В громком деле сестер Хачатурян может наступить резкий поворот. В среду, 26 сентября, на официальном сайте Басманного суда появилось сообщение о том, что следствие направило ходатайство об изменении меры пресечения сестрам Хачатурян. С содержания под стражей в СИЗО — на запрет определенных действий. Это такая мера пресечения, сродни домашнему аресту. Что за действия будут под запретом, рекомендуют следователи и определяет суд. Решающее заседание состоится в четверг, 27 сентября, в Басманном суде. (подробности)

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Какие сроки получат сестры Хачатурян, убившие своего отца

«Комсомолка» изучила опыт аналогичных уголовных дел в России

История сестер Хачатурян прогремела в конце июля. Сейчас идет расследование, впереди несколько важных экспертиз. В том, что суд в итоге будет, никаких сомнений нет. Но главный вопрос — какие сроки в итоге получат 17-летняя Мария, 18-летняя Ангелина и 19-летняя Крестина, убившие своего отца Михаила Хачатуряна? Мы попытались найти в российской судебной практике похожие дела. (подробности)

Читайте также

Нужны были деньги на учебу: мать на глазах двоих детей убил студент из Волгограда

Но обокрасть дом он не успел

Минздрав уволил главврача южноуральской больницы, в которой санитары издевались над пациентом

А Следственный комитет возбудил уголовное дело [видео]

Школьный охранник детей от нападения не защитит

Увы, ЧОПовец бессилен против человека с оружием, даже если это оружие — кухонный нож

В Дагестане задержаны вымогатели, требовавшие два миллиона рублей с родителей Калимат Омаровой

Преступники говорили, что у них якобы есть информация о пропавшей девочке

Кровавое убийство в Берлине: преступник сбросил дерево на чеченских детей

Полиция до сих пор не может установить личность и мотивы преступника

Оскорблял по национальному признаку: в деле Кокорина появились отягчающие обстоятельства, а Мамаев может выйти на свободу

Что известно по итогам очных ставок футболистов с потерпевшими [видео]

Главу еврейской общины Казани, которого пытались взорвать, выписали из больницы

Сейчас его жизни ничего не угрожает, меж тем, расследование уголовного дела продолжается [фото, видео]

Калининградец потратил 660 тысяч с чужой кредитки, фото которой нашел в интернете

Деньги списывались с карты, принадлежащей жителю Москвы

Автобус с хоккеистами Челябинской области обстреляли в Башкирии

После игры, в которой уральцы разгромили соперников, неизвестные открыли стрельбу

«2 миллиона евро — или получишь ее по частям»: бандиты похитили дочь олигарха, но, запаниковав, отпустили ее

Уголовный розыск провел целую спецоперацию по спасению заложницы [Эксклюзив «КП»]

Не оценили изнасилование: самый кровавый тольяттинский маньяк Олег Рыльков жалуется на бездействие следователей

Педофил из «Черного дельфина» вспомнил одно из своих многочисленных преступлений, но ему отказали в уголовном преследовании

Дело о коррупции, долги или месть: из-за чего в Подмосковье расстреляли следователя по особо важным делам

Незадолго до гибели Евгения Шишкина собиралась подать рапорт об увольнении [видео]

В Крыму девушку 2,5 месяца удерживали и насиловали в заброшенном доме

24-летнюю крымчанку нашли и освободили из плена в районе трассы Ялта-Севастополь

Следствие: Калимат Омарова была задушена

«Комсомолка» узнала подробности расследования громкого убийства школьницы из Каспийска

Экс-мэр Махачкалы Муса Мусаев приговорён к 4 годам колонии

Чиновника признали виновным в махинациях с государственной землёй

Возрастная категория сайта 18+

В сизо – только с разрешения следователя?

ФСИН России дезорганизует работу адвокатов в течение 16 лет, установив, вопреки требованию ч. 4 ст. 49 УПК РФ, порядок, в силу которого адвокату отказывают в допуске в СИЗО к обвиняемому без разрешения следователя.

Местный закон ФСИН
Кто, кроме ФСИН, виноват в этом?

Думаю, что прежде всего – мы сами. Адвокаты приспособились, решая проблему следующим образом: «Получу за 10 минут разрешение следователя и не буду убивать время и силы на войну с нарушающей закон Федеральной службой исполнения наказаний. Зачем кому-то что-то доказывать?»

22 июня 2017 г. СИЗО № 1 («Матросская Тишина») подтвердил, что, несмотря на принятые недавно поправки в УПК РФ, прямо указывающие на то, что адвокат имеет право на допуск в СИЗО к подзащитному с момента вступления в уголовное дело в качестве защитника по предъявлении удостоверения адвоката и ордера, у СИЗО свой «местный закон ФСИН» – пропускать адвокатов к сидельцам только с разрешения следователя, иначе «их лишат премии». Причем никаких следов отказа на заявлении не остается.

Это интересно:  Ст 73 УПК РФ: обстоятельства подлежащие доказыванию

Около трех месяцев назад я получил отказ администрации СИЗО № 2 («Бутырка») в допуске к обвиняемому по причине запрета такого допуска «секретной инструкцией» и потерял тогда два дня на попытку реализации своего законного права. Помня о действии в течение 16 лет «местного закона ФСИН», на этот раз я отправился в СИЗО № 1 («Матросская Тишина») в сопровождении понятого – адвоката-профессора Л.И. Тухватуллиной – для встречи с «резонансным» обвиняемым Дмитрием Богатовым.

В бюро пропусков мы сразу наткнулись на заслон. Убеждали в законности своих действий сначала сотрудницу бюро, подписывающую требование на пропуск в СИЗО № 1, потом ее руководителя, затем 35 минут ожидали решения высшего руководителя, который, исследовав представленный нами избыточный пакет документов – заявление с приложением к нему ордера и удостоверения адвоката с их копиями, основанный на законе ответ Минюста о недопустимости нарушения прав адвокатов-защитников, а также соответствующий фрагмент из Федерального закона от 17 апреля 2017 г. № 73-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», – связывался по телефону с прокурором.

Спустя более часа мы все-таки получили разрешение пройти в СИЗО, «но только раз, сегодня, в следующий раз без разрешения следователя не пустим».

В процессе этой 65-минутной процедуры сотрудники СИЗО созвонились со следователем, рассказали ему, чего хотят адвокаты, обсудили с ним вопрос, пускать или нет, затем молча передали мне трубку, и состоялся следующий диалог:
– Слушаю вас…
– А я слушаю вас…
– Вы чего хотите?
– Попасть к обвиняемому Богатову.
– Получите у меня разрешение.
– Но вы же не руководитель мой, чтобы просить вашего разрешения.
– Но если вы обратитесь, я, безусловно, разрешу.
– Разве у нас не состязательный процесс и мы не равные процессуально стороны?
– Вы меня просвещаете?
– К сожалению…
– Я не могу приказать сотрудникам СИЗО.
– Я знаю, они должны действовать по закону.

Выше упоминался аналогичный случай с сотрудниками СИЗО № 2 («Бутырка»), которые 11 апреля 2017 г. не пустили адвоката к обвиняемому. Тогда, 14 апреля 2017 г., было составлено аргументированное обращение (на 5 листах) к Генеральному прокурору РФ и министру юстиции РФ. В нем содержался такой фрагмент: «Доколе еще терпеть беззаконие ФСИН? Обращаюсь, ибо проблема свидания адвоката с обвиняемым касается всей российской системы права».

17 апреля 2017 г. Президент подписал всем нам известный Закон: ордер, документ адвоката – и все.

2 мая 2017 г. Генеральная прокуратура РФ (вместо надлежащих мер прокурорского реагирования на всероссийскую проблему) направила обращение в Прокуратуру г. Москвы, которая 11 мая переправила жалобу на ФСИН во ФСИН, преобразовав всероссийскую проблему в личную проблему адвоката.

17 мая 2017 г. Министерство юстиции РФ отреагировало по существу: защитнику «свидания предоставляются по предъявлении удостоверения адвоката и ордера» и – «истребование у адвоката иных документов запрещается».

Третий месяц Закону, а ФСИН, как и 16 лет назад, не хочет по нему жить.

А что в суде?
Так сегодня обстоит дело с защитой прав обвиняемых и их защитников на свидание в досудебной стадии уголовного процесса. А что в суде?

По уголовному делу, находящемуся в суде, СИЗО требует представить разрешение судьи на свидание. Судью не всегда можно застать (он то в процессе, то на приговоре), а если застанешь – это еще не значит, что убедишь его подписать подготовленный секретарем проект разрешения на свидание. На это нужно затратить силы и время, иногда немалые.

Опять же свежий пример. Адвокат явился в Тверской районный суд г. Москвы с письменным заявлением получить разрешение судьи на свидание с подзащитным Б., содержащимся в СИЗО № 2 г. Москвы. В канцелярии по уголовным делам его направили к судье З., занятой в это время рассмотрением дела. В паузе между слушанием судья переадресовала ожидавшего адвоката к другому судье – К., который тоже оказался, как информировали адвоката, «в большом деле» и «освободится не скоро», так что «извините, только после обеда…» Вежливому секретарю суда адвокат оставил предварительно заготовленное письменное прошение: «Для согласования позиции в апелляционной инстанции Московского городского суда прошу разрешить свидание с подзащитным… Приложение…»

После обеда секретарь сочувственно сообщила адвокату, что судья не подписал разрешение: хотя дело о продлении содержания под стражей находится в суде и через три дня будет направлено в Мосгорсуд, но оно числится за ГСУ МВД по г. Москве, там адвокату и дадут разрешение.

Не помогло объяснение, что адвокат на стадии следствия не работал, что соглашение заключено на оказание помощи в апелляционной инстанции. Судья К. остался при своем мнении.

У нас своя инструкция – ФСИН
Понятно, что адвокат – это защита, следователь у нас – это часть обвинения. Обвинение и защита – равноправные стороны состязательного процесса. Но получается, что следователь «более равноправен», чем адвокат. Выходит, он выше по статусу, поскольку может разрешить адвокату свидание с подзащитным, а может и не разрешить. Такой вот противоречащий закону состязательный процесс внедрен во всероссийскую судебную практику Федеральной службой исполнения наказаний РФ при попустительстве Московского городского суда, который в этой сфере сформировал порочную практику районных судов, не реагируя посредством вынесения частных постановлений и определений на такие нарушения.

Но вернемся к странному с процессуальной точки зрения эпизоду с судьей К., который за разрешением на свидание отослал адвоката к следователю. Адвокат решил пройти весь тернистый путь к своему подзащитному и встретиться с ним. Выкроив время в последний рабочий день перед апелляционным рассмотрением уголовного дела подзащитного, защитник явился в СИЗО № 2 («Бутырка»), заполнил требование на беседу с подзащитным, предъявил в бюро пропусков требуемые по закону удостоверение адвоката и ордер, и рядовая сотрудница бюро пропусков (после телефонной консультации с руководством) озвучила отказ: «У вас нет разрешения на свидание». Пришедшему заместителю начальника смены В. защитник раскрывает УПК РФ:
– Читайте, часть 4 статьи 49.
– Да мы ее наизусть знаем.
– Тогда в чем дело?
– У нас своя инструкция – ФСИН.
– А как же закон?

Дополнительно к документу и ордеру адвокат достает адресованный ему оригинал извещения суда: «Смотрите, сегодня последний день перед судом, можете сорвать процесс, понимаете это?» «Понимаю, – отвечает замначальника, – но где печать на извещении суда? Разговор закончен».

На приеме замначальника СИЗО заявляет: «Я эти вопросы не решаю. Обратитесь письменно, и мы в течение месяца ответим…» Глупость или издевательство? Никаких виз, следов правового беспредела здесь не оставляют.

Табличка: «Горячая линия ФСИН по городу Москве». Пытаемся связаться. Бутафория, телефон не работает. Долго дозваниваемся по мобильному. Сначала попадаем к дежурному (стандартное «Я эти вопросы не решаю»), просим пригласить то должностное лицо, которое этим занимается. Приглашен К.: «Сейчас уточню и вам перезвоню». Не звонит полчаса. Снова звоним мы и получаем ответ: «Вам же объяснили, что не могут вас пустить, мы им приказать не можем».

Нужна ли такая ФСИН?

Безнаказанность – мать беззакония и анархии. Аксиомой должна быть норма: представил адвокат ордер и удостоверение – никто не вправе помешать ему встретиться с обвиняемым. Под угрозой уголовной ответственности за превышение должностных полномочий. Иначе еще годы будем топтаться на месте, долго и безуспешно пытаясь решать даже самые простые вопросы.

Тюрьму откроют

Недавно по инициативе главы государства были приняты поправки в УПК, повысившие гарантии независимости адвокатов. Помимо прочего, закон дал право адвокатам навещать подзащитных без санкции следователя. Достаточно показать удостоверение и ордер. Однако на практике возникла проблема: в следственных изоляторах продолжают требовать подтверждения от следователя на допуск адвоката к арестанту. Поэтому президент Федеральной палаты адвокатов РФ Юрий Пилипенко обратился к министру юстиции РФ Александру Коновалову с просьбой принять меры.

Это интересно:  Террор со стороны бывшего работодателя « Уголовный юрист

В своем официальном ответе ведомство сообщило, что на специальном совещании было принято решение о подготовке предложений по урегулированию вопросов, связанных с реализацией положений УПК. Также сейчас прорабатывается возможность, как сказано в официальном ответе, «подготовки межведомственного нормативного правового акта, устанавливающего порядок взаимодействия при информировании следователями администрации следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы о вступлении адвокатов в уголовное дело».

Спор по большому счету принципиальный.

Речь о том, с какого момента считать адвоката официально вступившим в дело. Или, точнее, кому адвокат должен нанести первый визит: следователю или своему подзащитному в СИЗО? Когда адвокат официально в деле — препятствий никаких нет. Свидания предоставляются без ограничений.

Но, как рассказывают эксперты, следователи часто под различными предлогами мешают зубастым адвокатам вступить в дело. А без визы следователя в СИЗО адвокатов первый раз не пускают. Так должны ли защитники предварительно ставить следователей в известность, что вступают в дело? И следователь просто фиксирует факт или может закрыть тому или иному адвокату доступ к конкретному подследственному?

Представители силовых структур высказываются за то, что участие следователя в решении вопроса о предоставлении адвокатам свиданий в определенных ситуациях все-таки необходимо.

В свою очередь представители адвокатского сообщества особо обращают внимание, что новые нормы УПК прописаны однозначно, и по ним никакого разрешения от следователя не требуется. Для этого в законе были специально изменены формулировки.

Как подчеркнул вице-президент Федеральной палаты адвокатов Генри Резник, сотрудники СИЗО в соответствии с законом обязаны допускать адвоката на свидание с доверителем и, по его мнению, должны тут же сообщать об этом следователю.

«Это они должны информировать о том, что обвиняемого посетил адвокат, — сказал он. — То есть не следователь должен, как они настаивают, сообщать им о том, что в деле участвует адвокат, а они — ему. Такой порядок будет законным и оправданным».

По его словам, ошибочно считать, что вступление в дело обязательно означает приход адвоката к следователю с ордером.

«В статье 53 УПК РФ первое полномочие, которым обладает адвокат, вступивший в дело, — это право на свидание с подзащитным, который находится в следственном изоляторе», — указал вице-президент ФПА РФ.

К тому же, как рассказывает Генри Резник, именно органы ФСИН обладают всей достоверной информацией о том, в производстве какого именно следователя находится уголовное дело в отношении того или иного заключенного под стражу. Тогда как адвокаты в большинстве случаев могут узнать об этом только после свидания с подзащитным. Не получается ли замкнутый круг? Откуда адвокат может узнать координаты следователя? А нет координат — нет и встречи с клиентом? Не нарушает ли такое положение принцип равенства обвинения и защиты?

Представители силовых структур опасаются, что в СИЗО смогут приходить посторонние адвокаты, не участвующие в деле. И будут заниматься какими-то незаконными делами. Однако для того, чтобы прийти к чужому арестанту, адвокату потребуется подделать важный документ — ордер. А это чревато неприятными последствиями для защитника.

В Федеральной палате адвокатов подчеркивают, если адвокат будет уличен в использовании ордера без заключения соглашения на защиту, он подлежит дисциплинарной ответственности, вплоть до лишения статуса. Форма ордера утверждена приказом Минюста России. Изготовление, оформление и выдача ордеров регулируются строгими правилами.

Предполагалось, что новые нормы станут в том числе средством борьбы с карманными адвокатами. Так как на практике нередко бывали случаи, когда следователи направляли к арестантам дружественных адвокатов, а остальных блокировали. Так что подследственному было затруднительно выбрать адвоката по своему вкусу: первым к нему попадали защитники от следствия. Соответственно, именно следователю было удобно работать именно с теми адвокатами. Но ведь цель защиты — помогать подсудимому.

Виталий Нахлупин отправлен в СИЗО до 16 декабря

Басманный суд Москвы санкционировал арест до 16 декабря вице-премьера Крыма Виталия Нахлупина, а также бывших и. о. заместителя министра транспорта Валентина Дукорского и первого заместителя главы комитета по конкурентной политике Крыма Ярослава Сливки. Все они обвиняются в получении особо крупных взяток. Виталий Нахлупин пытался убедить суд, что не скроется, поскольку объявлен Украиной в международный розыск, но своего не добился.

Виталий Нахлупин, курирующий в крымском правительстве дорожное строительство, был задержан в Москве 17 октября. В этот же день были проведены обыски в комитете конкурентной политики и дорожного хозяйства Крыма, службе капитального строительства, а также компаниях «Крымгазсети» и «Крымэнерго». А уже день спустя Следственный комитет России (СКР) обратился с ходатайствами об аресте высокопоставленного чиновника и его подельников в Басманный суд Москвы.

Заседание, на котором рассматривалось ходатайство о заключении под стражу Виталия Нахлупина, началось с того, что адвокат подследственного Валерий Попов попросил суд отложить процесс на 72 часа, чтобы он мог представить медицинские документы о состоянии здоровья задержанного, а также сведения о наградах чиновника. Судья Юлия Сафина ходатайство к делу приобщила, пообещав ответить на него после ознакомления с доводами сторон. Не стала председательствующая возражать и против просьбы следствия о приобщении материалов оперативно-разыскной деятельности в отношении задержанного.

Следователь отметил, что это преступление относится к категории особо тяжких, а заключение чиновника под стражу необходимо, потому что СКР предстоит провести большое количество следственных действий с участием как обвиняемого, так и свидетелей по делу. Кроме того, отметил представитель СКР, Виталий Нахлупин занимает высокую должность, поэтому может оказать давление на свидетелей, многие из которых являются его подчиненными. Наконец, отметил следователь, часть денег, переданных чиновникам в виде взяток, пока обнаружить не удалось, поэтому эти средства могут быть использованы обвиняемым для того, чтобы скрыться за границей.

Как задержали вице-премьера Крыма

В свою очередь, адвокат Валерий Попов попросил суд приобщить выписку из медицинской карты своего подзащитного, а также документы о его грамотах и наградах. После этого защитник заявил, что в представленных следствием документах прямых доказательств причастности Виталия Нахлупина к получению взяток нет. Кроме того, отметил защитник, у подследственного неважное состояние здоровья, а на иждивении находятся пятеро несовершеннолетних детей (всего, как говорилось в суде, их у чиновника шестеро). Господин Попов предложил суду отпустить чиновника под залог в размере 8 млн руб. или поместить его под домашний арест в квартире его друга в Красногорске. Заявление от владельца жилья о том, что он готов предоставить свою квартиру, а также документы, подтверждающие право собственности, адвокат представил суду. В завершение защитник еще раз попросил отложить заседание.

Прокурор поддержал ходатайство следствия и попросил суд не откладывать процесс, поскольку медицинские и другие документы адвокат в основном уже представил.

Сам Виталий Нахлупин попросил суд не арестовывать его хотя бы в течение двух недель, поскольку его годовалому ребенку необходимо медобследование в связи с заболеванием ветряной оспой.

Чиновник также заверил суд, что не собирается скрываться. «Украина объявила меня в международный розыск по делу о госизмене,— пояснил он.— Поэтому из России я уехать не могу, меня везде арестуют».

В итоге председательствующая Юлия Сафина сочла доводы следствия и прокуратуры более убедительными и санкционировала арест Виталия Нахлупина до 16 декабря включительно.

По схожему сценарию прошли заседания, на которых рассматривались ходатайства СКР об избрании меры пресечения бывшим высокопоставленным крымским чиновникам Валентину Дукорскому и Ярославу Сливке. Они также были арестованы на тот же срок.

Статья написана по материалам сайтов: rapsinews.ru, www.kp.ru, www.advgazeta.ru, rg.ru, www.kommersant.ru.

«

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий