Принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа в 2018 году

Принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа заключается в помещении лица в обычную психиатрическую больницу (отделение), в которой проходят лечение больные, не совершившие никаких опасных деяний. Определенным преимуществом этой меры является возможность размещения лиц, направленных на принудительное лечение, внутри больницы по тем же принципам, что и обычных пациентов: либо по профилю отделения (геронтологическое, эпилептологическое, психосоматическое), либо по территориальному принципу (в зависимости от места жительства), что обеспечивает наиболее адекватное применение лечебно-реабилитационных мер. Из приведенного перечня психиатрических отделений исключаются лишь подразделения со свободным выходом. По своим клиническим особенностям больные, направляемые на принудительное лечение в такие стационары, не должны существенно отличаться от пациентов, которые поступают туда на общих основаниях. Чаще всего у них имеют место острые или обострившиеся хронические психические расстройства, требующие активной медикаментозной терапии, как, например, в следующем наблюдении.

Больной Т., 48 лет, обвинялся в избиении жены и сына, попытке поджечь свой дом.

Психически болен на протяжении 10 лет. Дважды госпитализировался в психиатрическую больницу в остром психотическом состоянии галлюцинаторно-параноидной структуры. Оба раза выписывался через 2–3 месяца с диагнозом: шизофрения, приступообразнопрогредиентная. Вне обострений хорошо адаптирован. Работает слесарем на заводе. По работе и по месту жительства характеризуется положительно. Живет с женой и сыном, заботится о них.

За 2–3 дня до правонарушения плохо спал, был подавлен. Затем стал злобным, напряженным, было видно, что он чего-то боится, к чему-то прислушивается. Внезапно, не говоря ни слова, набросился на жену, нанес ей несколько ударов руками, ударил сына обухом топора, затем поджег кучу строительного мусора, лежащую у стены его дома, а сам спрятался в подвале соседнего.

Во время экспертизы остается растерянным, с трудом понимает задаваемые вопросы, отвечает с задержкой. Предоставленный самому себе с кем-то перешептывается, застывает в однообразной позе. Говорит, что слышит голоса, происхождение которых объяснить затрудняется, боится, что его убьют. Рассказывает, что дома голоса» приказывали ему убить жену и сына, поджечь дом, в противном случае угрожали ему расправой. Не мог сопротивляться этому, «выполнял, что говорили». К собственному состоянию отношение двойственное. Сожалеет о случившемся, говорит, что сделал это не по своей воле.

Экспертная комиссия пришла к заключению, что Т. страдает хроническим психическим расстройством в форме шизофрении, при совершении инкриминируемых ему деяний не мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Комиссия рекомендовала направить его на принудительное лечение в психиатрический стационар общего типа.

В обоснование данной рекомендации следует сказать о том, что вне психотических обострений больной никаких асоциальных тенденций не обнаруживает. Психическое заболевание протекает относительно благоприятно, так как личность больного остается достаточно сохранной. Совершенные деяния прямо связаны с продуктивной психотической симптоматикой, императивным характером вербального галлюциноза. По опыту прежних госпитализаций больной не склонен к нарушениям больничного режима, а сама психотическая симптоматика быстро редуцируется под влиянием психотропных средств. Все это говорит о том, что больной не нуждается во время лечения в создании каких-то особых условий, не нуждается он и в последующих психокоррекционных мероприятиях, в связи с чем он может находиться в психиатрическом стационаре общего типа. Вместе с тем лечение должно проводиться в принудительном порядке, поскольку опасность больного сохраняется, а рассчитывать на добровольное лечение не приходится в силу отсутствия у него должной критики к своему состоянию, а также с учетом изменчивости статуса, что может привести к отказу от лечения.

Общественно опасные действия таких больных прямо связаны с их психотическими переживаниями (бредовыми идеями, нарушениями восприятий, явлениями психического автоматизма, аффективными расстройствами и др.) и совершаются по так называемым продуктивно-психотическим механизмам. Вне психотического обострения эти лица, даже при хроническом течении заболевания, обычно антисоциальных тенденций не обнаруживают, поэтому купирование с помощью терапии названных психотических явлений и установление ремиссии служит основанием для прекращения применения принудительной меры. Необходимо лишь удостовериться, что достигнутое улучшение является стойким и не грозит скорый рецидив заболевания. Именно последнее обстоятельство приводит обычно к тому, что сроки принудительного лечения в таких отделениях бывают все же значительно более длительными, чем пребывание в них обычных пациентов.

Психиатрические стационары специализированного типа представляют собой психиатрические отделения (реже самостоятельные больницы), предназначенные исключительно для принудительного лечения определенного контингента психически больных. Показания для направления в такие стационары обнаруживают до 50–60% лиц, к которым применяются принудительные меры. Пациентов, не направленных судом на принудительное лечение, в этих стационарах нет. Поэтому режим таких отделений или больниц и организация лечебно-реабилитационного процесса в них существенно отличаются от общепсихиатрических. Специфика заключается, во-первых, в значительно более строгом психиатрическом контроле и наблюдении, во-вторых, в том, что наряду с лечением наиболее существенная роль в таких стационарах должна отводиться психокоррекционным, трудотерапевтическим, социокультуральным мероприятиям.

Дело в том, что общественная опасность направляемых сюда больных не носит временного, преходящего характера, поскольку она обусловлена не относительно курабельными обострениями психоза, а стойкими, малообратимыми дефицитарными расстройствами и изменениями личности, а также сформировавшейся на этой почве антисоциальной жизненной позицией. Общественно опасные действия совершаются ими обычно по так называемым негативно-личностным механизмам. Характерно следующее наблюдение.

Больной К., 56 лет, обвинялся в краже пальто.

Раннее развитие без особенностей. В подростковом возрасте перенес черепно-мозговую травму, после чего испытывал головные боли, головокружения, появились раздражительность, вспыльчивость, стал плохо переносить жару, духоту. Отмечались несерьезность, самонадеянность; любил развлечения, выпивки. Не удерживался на работе, жил на случайные заработки, совершал кражи. Неоднократно судим. В 40-летнем возрасте – повторная травма головы с потерей сознания, после чего усилились возбудимость и вспыльчивость, появились периоды тоскливо-злобного настроения, ухудшилась память, стал бестолковым и упрямым. На протяжении 15 лет четырежды привлекался к уголовной ответственности за различные правонарушения имущественного характера. Признавался невменяемым с диагнозом: органическое поражение головного мозга с выраженными изменениями психики; направлялся на принудительное лечение в различные психиатрические больницы общего типа. Принудительное лечение, как правило, отменяли через несколько месяцев. Разъезжал по различным городам, проживал у случайных знакомых, совершал кражи, мошеннические действия, играл в карты. Не интересовался судьбой своих детей, матери, холодно относился к сожительнице, интересовался только развлечениями.

Во время экспертизы обнаружена рассеянная резидуальная неврологическая симптоматика. Начальные явления атеросклероза. Словоохотлив, несколько эйфоричен. Держится без чувства дистанции. С бравадой говорит о своем образе жизни, не видит в нем ничего предосудительного. Равнодушно вспоминает о детях. Эмоционально обеднен. О себе рассказывает путанно. Память снижена. Требует к себе особого отношения, выпрашивает привилегии и льготы. Планов на будущее не имеет. К сложившейся ситуации и своему состоянию некритичен.

Экспертная комиссия пришла к заключению, что К. страдает органическим заболеванием головного мозга с выраженными психическими нарушениями; при совершении инкриминируемого ему деяния не мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Комиссия рекомендовала направить его на принудительное лечение в психиатрический стационар специализированного типа.

Данная рекомендация основана на том, что имеющиеся у больного психические нарушения носят в основном дефицитарный характер, они тесно спаяны с его личностью, что привело к формированию своеобразной эгоистической жизненной позиции с полным пренебрежением к нормам морали и права. Рассчитывать на чисто медикаментозную коррекцию отмеченных нарушений нет никаких оснований. Наряду с лечением здесь необходима длительная коррекционная работа в условиях изоляции больного от общества. Вместе с тем по характеру совершавшихся и вероятных опасных действий больной не может быть отнесен к категории особо опасных, требующих так называемого интенсивного наблюдения, в связи с чем наиболее адекватной для данного больного мерой медицинского характера является принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа.

Медикаментозное лечение, сколь бы активным оно ни было, не может существенно повлиять на общественную опасность таких лиц. Они обычно проявляют тенденцию к противоправным действиям даже во время пребывания в психиатрическом стационаре. Поэтому и необходимо обеспечить здесь более строгое наблюдение, что достигается за счет наружной охраны и создания пропускного режима в таких стационарах (силами организаций, имеющих право на охрану медицинских учреждений), а также за счет лучшей обеспеченности их медицинским персоналом (что предусмотрено штатными нормативами таких отделений, утв. приказами Минздрава РСФСР от 28.08.1992 №240 «О состоянии и перспективах развития судебной психиатрии в Российской Федерации» (в ред. от 19.05.2000) и Минздрава России от 24.03.1993 №49 «О внесении изменений в штатные нормативы судебно-психиатрических экспертных комиссий и отделений принудительного лечения» [1] ), на который возлагаются функции психиатрического контроля и надзора.

Кроме того, в стационарах специализированного типа много внимания должно уделяться выработке и закреплению у больных социально приемлемых стереотипов поведения, коррекции их мировоззренческих установок. Поэтому все большее значение в таких отделениях приобретает работа специалистов социально- психологического профиля: психологов, инструкторов по трудовой терапии, педагогов, которые могут проводить занятия по программе вечерней школы, социальных работников, юристов. Хотя формальные возможности для этого в настоящее время имеются, на практике далеко не каждый стационар располагает необходимыми для формирования полипрофессиональной бригады квалифицированными специалистами и может обеспечить систематическое проведение социореабилитационных мероприятий.

Эффект от этих мероприятий, естественно, наступает не так быстро, как от медикаментозной или биологической терапии, поэтому и длительность принудительного лечения в таких стационарах обычно бывает значительно большей, чем в стационарах общего типа.

Психиатрические стационары специализированного типа с интенсивным наблюдением предназначены для больных, представляющих по своему психическому состоянию и с учетом характера совершенного деяния особую опасность. При этом имеются в виду прежде всего риск совершения агрессивных действий, угрожающих жизни окружающих, а также систематичность ООД, совершаемых несмотря на применявшееся в прошлом принудительное лечение, или склонность к грубым нарушениям больничного режима (попытки побега, нападения на персонал и других больных, инициирование групповых беспорядков), делающие невозможным проведение показанных лечебно-реабилитационных мероприятий в психиатрических стационарах иного типа. Характерно следующее наблюдение.

Больной Б., 43 лет, обвинялся в убийстве сожительницы.

По характеру всегда был вспыльчивым, мнительным, недоверчивым, педантичным. С 25-летнего возраста наблюдались колебания настроения. После женитьбы (30 лет) «стал замечать», что жена негативно относится к его ласкам, избегает оставаться с ним наедине. «Понял», что у нее есть любовник, искал доказательства этого, в связи с чем жена расторгла с ним брак. Жил один, но вскоре «заметил», что сослуживцы что-то замышляют против него. Стал часто менять места работы, так как везде чувствовал «что-то неладное», испытывал опасения за свою жизнь. Через 3 года женился вновь, но с первых дней ревновал жену, так как она пристально смотрела, задавала странные вопросы. Скоро пришел к выводу, что она хочет избавиться от него, уничтожить, поскольку стал себя плохо чувствовать, появилась вялость, путались мысли, не мог сосредоточиться. Расстался с женой, несмотря на рождение ребенка. Несколько лет жил один, ни с кем не общался, «механически ходил на работу», хотя там тоже «замечал» враждебность. Затем стал сожительствовать с К. Очень скоро по походке, «по ухмылке», по поведению во время близости «понял», что у нее есть любовники (сосед, сослуживец), «заметил», что она хочет избавиться от него и пытается его отравить. Понял это по вкусу и запаху приготовленной ею пищи. Вызывал скорую помощь, обращался в милицию, но «везде были ее любовники». Был госпитализирован в психиатрическую больницу, где диссимулировал свое состояние и был выписан через 10 дней с диагнозом «ситуационная реакция у тревожно-мнительной личности». Дома был подавлен, предчувствовал смерть, показывал соседям отравленные продукты. Увидев идущую домой сожительницу, по выражению лица понял, что она хочет его убить, и через форточку застрелил ее из охотничьего ружья.

Это интересно:  Каталог тюрем « Уголовный юрист

Во время экспертизы тревожен, подозрителен, насторожен. На вопросы отвечает формально, односложно. Жалуется на слабость, «переливание жидкости», «чувство холода» в голове, онемение в руках, что считает последствием отравления сожительницей. С убежденностью говорит о ее неверности, приводит массу «фактов». Говорит, что в результате отравления он «отупел», появилась «скованность мыслей и чувств». Убежден в правомерности своего поступка: «если бы я не убил, то меня бы убили». Никакого сожаления о содеянном не испытывает. В отделении отгорожен и подозрителен, по-бредовому интерпретирует поступки и высказывания окружающих.

Экспертная комиссия пришла к заключению, что Б. страдает параноидной шизофренией и при совершении инкриминируемого ему деяния не мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Комиссия рекомендовала направить его на принудительное лечение в психиатрический стационар специализированного типа с интенсивным наблюдением.

Комиссия обоснованно оценила Б. как представляющего особую опасность для общества, поскольку психическое заболевание у него на всем протяжении сопровождается бредовыми идеями ревности, преследования и отравления, которые сочетаются с эмоциональным напряжением и бредовым поведением, носящим характер активной бредовой защиты. На каждом этапе заболевания бредовые идеи направлены на определенных лиц (персонифицированы). Учитывая непрерывный характер течения заболевания, трудно рассчитывать на хороший терапевтический эффект и достижение полноценной ремиссии. Более того, и в стационаре он продолжает продуцировать бредовые идеи прежнего содержания, что делает его опасным даже в этих условиях и требует интенсивного наблюдения. К сказанному следует добавить диссимулятивные тенденции больного, с которыми необходимо считаться и в дальнейшем при оценке его опасности.

Интенсивность наблюдения обеспечивается наличием в таких стационарах наряду с медицинским персоналом специальных подразделений, подчиненных Главному управлению исполнения наказаний Минюста России, осуществляющих их охрану и надзор за содержащимися здесь пациентами [2] , а также созданием охранных сооружений, установкой специальной сигнализации и связи.

Серьезной организационной проблемой, препятствующей в какой-то мере надлежащей реализации рассматриваемого вида принудительного лечения, является неравномерное распределение больниц с интенсивным наблюдением по территории страны. Все указанные учреждения в настоящее время сосредоточены в европейской части Российской Федерации. На обширных территориях Сибири и Дальнего Востока нет ни одной койки рассматриваемого профиля. Это приводит к дорогостоящим и опасным перевозкам соответствующего контингента больных на большие расстояния, что в условиях постоянной нехватки средств у больниц оборачивается задержками исполнения определений судов об изменении форм принудительного лечения, содержанием в названных стационарах пациентов, которым уже отменено принудительное лечение, и другим нарушениям закона. Одним из путей решения проблемы является организация в структуре имеющихся психиатрических больниц отделений соответствующего профиля для удовлетворения местных потребностей. Законодательных препятствий для создания таких отделений в настоящее время нет.

Следует отметить, что в клиническом отношении в больницах с интенсивным наблюдением представлены как пациенты, совершившие опасные действия в состоянии острого или обострившегося хронического психического расстройства (которым показана преимущественно активная медикаментозная терапия), так и больные с состояниями выраженного психического дефекта или слабоумия (нуждающиеся главным образом в психокоррекционных мероприятиях). Общим свойством пациентов этих учреждений является не какая-либо клиническая особенность, а такой социальный признак, как особая опасность для общества, обусловленная самыми разнообразными психопатологическими проявлениями. В силу этого лечебно-реабилитационный процесс в рассматриваемых стационарах отличается большим разнообразием форм, что требует узкой профилизации отделений, соответствующей либо различным клиническим состояниям, либо различным этапам терапии, через которые последовательно должно пройти большинство пациентов (приемное, активной терапии, реабилитационное и другие отделения).

  • [1] Документы опубликованы не были.
  • [2] Федеральный закон от 07.05.2009 №92-ФЗ «Об обеспечении охраны психиатрических больниц (стационаров) специализированного типа с интенсивным наблюдением» // СЗ РФ. 2009. № 19. Ст. 2282.

5. Организация принудительного лечения в психиатрическом стационаре

5.1. Больные, поступающие на принудительное лечение в психиатрический стационар, размещаются в лечебных отделениях, соответствующих по своему профилю особенностям их поведения, психическому и физическому состоянию, с соблюдением условий, препятствующих совершению побегов и других нарушений режима. Мужчины и женщины, взрослые и несовершеннолетние содержатся раздельно.

5.2. Лица, помещенные в психиатрический стационар на принудительное лечение, пользуются правами пациентов, предусмотренными статьей 37 Закона Российской Федерации «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», при соблюдении следующих ограничений: прогулки проводятся только на территории стационара; предоставление им лечебных отпусков запрещается; покидать территорию стационара они могут лишь в случаях необходимости по решению администрации и в сопровождении персонала .

Указанные ограничения, возможность которых предусмотрена Законом Российской Федерации «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», распространяются на всех лиц, находящихся на стационарном принудительном лечении, поскольку все они представляют опасность для себя или других лиц.

5.3. Распорядок дня, режим питания и лечебно — гигиенических мероприятий, организация трудотерапии и культтерапии, предоставление свиданий и передач для лиц, находящихся на принудительном лечении в психиатрических стационарах, в зависимости от вида принудительной меры медицинского характера, регулируются также Положением о психиатрической больнице, Положением о психиатрическом стационаре специализированного типа, Положением о психиатрическом стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением, утвержденными Министерством здравоохранения Российской Федерации.

5.4. Перевод лиц, находящихся на принудительном лечении, из одного психиатрического стационара (больницы, отделения) в другой того же типа разрешается:

в пределах территории субъекта Российской Федерации — главным психиатром соответствующего органа управления здравоохранением;

с территории одного субъекта Российской Федерации на территорию другого, а также больных, не имеющих определенного места жительства, родственников или законных представителей, равно как в сложных и спорных случаях — главным психиатром Министерства здравоохранения РФ.

5.5. В случаях, когда в период применения принудительных мер медицинского характера данные клинического наблюдения вызывают сомнения в наличии психического расстройства и (или) обоснованности признания лица, находящегося на принудительном лечении, невменяемым либо подпадающим под действие части 1 статьи 81 Уголовного кодекса Российской Федерации с освобождением от наказания (дальнейшего отбывания наказания), администрация больницы направляет соответствующее заключение комиссии врачей — психиатров в прокуратуру по месту нахождения суда, вынесшего определение о назначении принудительного лечения, для решения вопроса о необходимости пересмотра этого определения в предусмотренном законом порядке.

В случаях, когда в период применения принудительных мер медицинского характера данные клинического наблюдения лица, освобожденного от наказания или дальнейшего отбывания наказания (часть 1 статьи 81 Уголовного кодекса Российской Федерации), свидетельствуют о том, что это лицо страдало тяжелым психическим расстройством еще во время совершения преступления, в силу чего есть основания сомневаться в его вменяемости в отношении содеянного, администрация больницы направляет соответствующее заключение комиссии врачей — психиатров в прокуратуру по месту нахождения суда, вынесшего обвинительный приговор, для решения вопроса о необходимости его пересмотра в установленном законом порядке.

5.6. В случае побега лица, находящегося на принудительном лечении, администрация лечебного учреждения немедленно принимает меры к его розыску и возвращению. О побеге извещаются органы внутренних дел и лечебно — профилактические учреждения, оказывающие амбулаторную (в том числе экстренную) психиатрическую помощь по месту нахождения лечебного учреждения и месту жительства лица (с указанием полных анкетных данных, примет, в том числе особых, одежды, адресов места жительства бежавшего и его родственников, законных представителей), а также суд, назначивший принудительное лечение.

5.7. О смерти лица, находившегося на принудительном лечении, администрация лечебного учреждения извещает его родственников и (или) законного представителя, а также прокурора района (города), на территории которого расположена больница, суд, вынесший определение о применении принудительной меры медицинского характера, лечебное учреждение, оказывающее амбулаторную психиатрическую помощь по месту жительства больного.

5.8. О лицах, в отношении которых не окончено уголовное дело (подпункт «б» пункта 1.3 настоящего Методического письма), в случае их побега или смерти администрация лечебного учреждения обязана сообщить также органу расследования или суду, в производстве которых находилось данное дело.

Чем грозят новые правила психиатрической госпитализации

В среду Государственная дума приняла в третьем чтении поправки к Кодексу об административном судопроизводстве (КАС РФ), которые дают право прокурорам подавать иск о недобровольной госпитализации гражданина в психиатрическую больницу. Раньше это могли делать только руководители медучреждений. О том, к чему это может привести, The Village поговорил с экспертами по психиатрической помощи, включая тех, кто сам проходил через такую госпитализацию.

Сейчас часть 1 статьи 275 КАС РФ гласит: «Административное исковое заявление о госпитализации гражданина в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, в недобровольном порядке или о продлении срока госпитализации в недобровольном порядке гражданина, страдающего психическим расстройством (далее — административное исковое заявление о госпитализации гражданина в недобровольном порядке или о продлении срока госпитализации гражданина в недобровольном порядке), подается представителем медицинской организации, в которую помещен гражданин». В конце этой фразы теперь появятся слова «либо прокурором».

Кроме того, новая редакция части 3 статьи 275 выглядит так: «Административное исковое заявление подписывается руководителем медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, его заместителями либо прокурором».

При этом в пояснительной записке к законопроекту авторы аргументируют необходимость изменений проблемой распространения туберкулеза в России (поправки в КАС затрагивают и туберкулезные диспансеры). Аналогичных обоснований для психиатрических заболеваний они не приводят.

Как сейчас происходит принудительная госпитализация

Саша Старость

активистка, организатор движения «Психоактивно»

Я была госпитализирована где-то полтора года назад, и у меня была недобровольная госпитализация. Она была очень неприятной, потому что у нас [в России] это происходит довольно жестко. Если человек действительно находится в психотическом состоянии, к нему могут применять разные запрещенные меры. Например, на меня надевали наручники, хотя я не была в агрессивном состоянии и не бросалась на врачей. Я просто была в бредовом приступе: плакала, говорила какую-то глупость. Но суть в том, что наручники не имеют права надевать, их вообще не должно быть в арсенале. Это мы узнали, когда готовили «Психгорфест» (фестиваль, посвященный проблемам душевного здоровья и болезней. — Прим. ред.) и расписывали законные и незаконные моменты недобровольной госпитализации: что можно делать и что нельзя, какие-то правовые нормы, которые необходимо знать пациенту. Но со мной это было, и, более того, это было не только со мной.

Вообще есть определенные правила госпитализации, там указано, в каком случае санитары должны ограничивать движения человека и применять к нему какую-либо силу, каким образом ограничивать эти движения, то есть как правильно брать человека, чтобы не причинить ему никакого вреда.

Есть законный способ ограничения движения пациента — вязки. Но это не наказательная процедура, это процедура, которая применяется в самый последний момент, чтобы обезопасить пациента от себя и обезопасить окружающих. Вязки должны накладываться не таким образом, чтобы сдавить человеку все или прекратить поток крови к ногам и рукам, а чтобы удержать его на какое-то время и можно было сделать ему успокаивающий или снотворный укол. Выглядит эта процедура жутко, но иногда она необходима. Похожее было со мной, но никто не имеет права надевать наручники на человека, который плачет или не очень хочет идти в карету скорой помощи.

Это интересно:  Ст 295 УК РФ: посягательство на жизнь осуществляющего правосудие

Зачем понадобились поправки к закону

Дмитрий Фролов

психотерапевт, коуч, психиатр, нарколог, администратор паблика «Современная психиатрия»

Видимо, дело в том, что в некоторых больницах нет юриста (а он нужен по закону для подачи заявления о недобровольной госпитализации), поэтому прокуроры по просьбе медработников подают заявление в суд. Суд зачастую отказывает, потому что это не прописано в законодательстве. Речь идет о недобровольной, а не о принудительной госпитализации. Недобровольная госпитализация — это когда человек страдает психическим расстройством, он беспомощен или представляет риск для себя и окружающих, а принудительная — в том случае, когда человек совершил преступление.

В недобровольной госпитализации сейчас действует такая практика, что врач может оставить человека в больнице на двое суток, где не позднее этого срока его осматривает комиссия из трех врачей. Затем они подают заявление в суд с просьбой разрешить госпитализировать пациента, и в течение пяти дней суд решает вопрос о госпитализации больного. То есть в принципе на любом этапе какая-то из инстанций может отпустить человека.

Евгений Касьянов

Виды недобровольной и принудительной госпитализации существовали ранее и регулировались Уголовным кодексом и законом «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», где четко прописаны все критерии таких госпитализаций. Прокуроры, кстати, и ранее направляли заявления о принудительном лечении в суды, большинство из которых были удовлетворены. Однако некоторые суды им отказывали в рассмотрении ввиду противоречий в законодательстве.

В любом случае без заключения психиатрической экспертизы никто положить в психиатрический стационар не сможет. И если мы говорим о принудительном лечении, то в таком случае человек, совершивший преступление, просто будет исполнять наказание согласно УК.

Опасны ли новые поправки для граждан

Татьяна Мальчикова

Если вы прочитаете пояснительную записку к данному законопроекту, то увидите, что авторы очень подробно и тщательно обосновали необходимость наделить прокуроров полномочиями инициировать госпитализацию людей, больных туберкулезом в открытой форме. А вот расширение этих полномочий на психиатрических пациентов не обосновывается практически никак. Говорится только, как бы довеском, что и в психиатрии нужно расширить. Мне кажется, распространение на прокурора полномочий психиатра способно сыграть с правоприменением очень злую шутку.

Во-первых, на прокурора взваливают ответственность за решение о психическом статусе человека, то есть побуждают вторгаться в область, в которой объективных критериев оценки нет, а есть только субъективная оценка поведения. Это отсутствие не может не создавать угрозу злоупотреблений. Ранее это было несчастьем исключительно для психиатров, теперь же его распространят и на прокуроров. Вполне возможно, что кто-то воспользуется этими новыми полномочиями, чтобы избавляться от граждан, создающих проблемы.

Но представим противоположную ситуацию: прокурор, исходя из собственной оценки, воздержался от принудительной госпитализации человека, угрожавшего спрыгнуть с балкона из-за неспособности погасить долги перед кредиторами. Если позднее, так и не расплатившись с долгами, этот человек что-то над собой учинит, полномочия, которыми наделили прокуроров, дадут основания обвинить прокурора в том, что он этими полномочиями не воспользовался. В результате прокуроры будут склонны, опасаясь таких обвинений, недобровольно госпитализировать граждан, которых помещать в сумасшедший дом не следует. Это открывает возможность злоупотреблений психиатрической властью, хоть и совсем иного рода, чем было в советское время. Здесь уместно процитировать книгу Александра Подрабинека о советской карательной психиатрии: «В конце концов все решают люди, а не система».

Маша Пушкина

Я не возьмусь судить о тонкостях законодательства, для этого нужна практика в этой области. Но, конечно, дополнительные возможности для принудительной госпитализации — это всегда риск злоупотреблений против пациентов. С 80-х российская психиатрия меняется в сторону гуманизации и признания прав пациентов, так что очень нелогично делать сейчас шаги назад. Насколько я понимаю, речь идет о закреплении существующей практики. Но, конечно, когда решение о госпитализации принимает не врач, который понимает особенности болезни, а чиновник со своими представлениями о порядке, это всегда опасно для общества.

Вообще в психиатрии госпитализация далеко не самая эффективная мера, в современном мире, наоборот, стараются свести к минимуму время в стационаре. Если есть цель улучшить состояние пациентов, а не подавлять их, нужно развивать систему профилактики и социальной адаптации и, главное, просвещения — чтобы люди сами вовремя обращались за помощью и не боялись вместо нее получить репрессии.

Дмитрий Фролов

психотерапевт, коуч, психиатр, нарколог, администратор паблика «Современная психиатрия»

Если бы в законе имелось в виду, что прокурор может обращаться в суд без привлечения мнения врача, то это, конечно, неправильно. В таком случае закон можно будет использоваться в неблаговидных целях. Но это маловероятно, потому что по логике законов, регулирующих этот вопрос, для подачи заявления о госпитализации человек уже должен быть в больнице, а там он не может оказаться без освидетельствования (осмотра) врачом.

Попытки применения психиатрии в целях контроля со стороны власти были, есть и будут, но для того, чтобы избежать этого, существует закон о психиатрической помощи. Задача общества — не позволять представителям власти злоупотреблять психиатрией в своих интересах.

Вообще, психиатрия должна как можно дальше дистанцироваться от вмешательства государства, за исключением случаев защиты интересов своих пациентов, и, разумеется, заниматься лечением, а не вопросами контроля инакомыслящих. Смущает закрытость этих возможных изменений и отсутствие разъяснений.

Саша Старость

активистка, организатор движения «Психоактивно»

Представьте себе ситуацию, когда человека задерживают за некий перформанс или акцию. Его сопровождают в отделение полиции, где его необходимо как-то изолировать. И выясняется, что он состоит на так называемом учете (на самом деле это просто фигура речи, так как с 1975 года как такового учета нет), у него есть карточка в психиатрической больнице, и он является носителем расстройства. Но поскольку у него не получается уголовка никак, а его нужно все-таки как-то наказать, прокурор обращается в психиатрическую больницу вне зависимости от того, находится ли человек в психозе или не находится.

Раньше в таком случае было бы так: сотрудники полиции отвозят вас в психиатрическую больницу и приводят на прием к главврачу. Он, так как не находится под влиянием полиции, не имеет права принять решение класть вас в клинику, если вы не находитесь в остром состоянии. Он просто проводит освидетельствование, разговаривает с вами и, если вы в порядке, отпускает вас домой. Он может сказать, что он думает про ваше поведение: что оно асоциальное или какое-то еще. Но если вы не больны, то он вас не положит. Теперь получается, что решение о госпитализации принимает не врач, а прокурор. Соответственно, психбольница возвращается в лоно наказательной системы и превращается не в место, где тебя лечат, а место, куда ты попадешь, если будешь плохо себя вести.

Порядок направления человека на принудительное лечение в психиатрическую больницу

Госпитализация в психиатрический стационар может проходить, как на добровольной основе, так и принудительно при наличии веских оснований и решения суда. Эта процедура регламентируется Законом «О психиатрической помощи» (28-я, 29-я статьи).

В качестве повода для помещения в психиатрический диспансер может рассматриваться направление, подписанное врачом-психиатром, либо обращение по собственной инициативе в приемное отделение психиатрической больницы, где врач-психиатр после осмотра сможет вынести решение относительно дальнейшего приема (отказа) в госпитализации.

Основания для помещения человека в психдиспансер

Если речь идет о добровольной госпитализации, то основанием может стать личная просьба (согласие) обращающегося либо заявление (согласие) законного представителя (для ребенка, чей возраст меньше 15 лет), в качестве которого может выступать один из родителей, опекун либо усыновитель.

Кроме того, в последнем случае основанием может стать решение органов опеки, вынесенное на основания заявления, представленного заинтересованными лицами: сотрудниками правоохранительных органов, учреждений образования и медицины, прочее.

При госпитализации в психиатрический диспансер, не предполагающей согласия лица (законного представителя), обязательно наличие определенных документов.

Обязательно должно быть:

  • решение врача-психиатра – в случае, когда лицо ввиду тяжелого психического расстройства представляет непосредственную опасность для самого себя и людей, которые окружают его;
  • альтернатива – судебное решение, при вынесении которого судья руководствовался заявлением врача-психиатра о тяжелом психическом расстройстве больного, которое может привести к беспомощности либо причинить существенный вред здоровью последнего, если тому не будет оказана своевременная психиатрическая помощь в условиях стационара.

В случае с добровольной госпитализацией пациенту достаточно самостоятельно обратиться с жалобами, связанными с ухудшением его психического состояния, просьбой относительно психиатрического освидетельствования и, соответственно, госпитализации. Обратиться он может как приемное отделение психиатрической больницы, так и психоневрологический диспансер по месту жительства.

Недобровольное (принудительное) помещение человека в стационар предполагает получение направления врача-психиатра, подтверждающего основания для такого помещения.

Кто может выписать направление

Это может быть:

  • врач-психиатр психиатрического (психоневрологического) диспансера;
  • врач-психиатр бригады скорой психиатрической помощи;
  • частнопрактикующий врач-психиатр либо любой врач-психиатр, которого удалось найти поблизости (например, если обострение психического расстройства развилось в другом городе, на даче, прочее и требует госпитализации в стационар).

Что делать, если найти врача-психиатра не удалось

Если действия человека, который, предположительно, страдает психическим расстройством, представляют явную угрозу непосредственно для него и окружающих людей, а возможности посетить (вызвать) врача-психиатра нет, следует обратиться в правоохранительные органы.

Они вправе произвести задержание этого лица.

Последние, в свою очередь, могут самостоятельно вызвать врача-психиатра, пригласив специальную бригаду скорой психиатрической помощи либо обратившись в приемное отделение психиатрической больницы в целях психиатрического освидетельствования лица. На основании такого освидетельствования и будет вынесено решение относительно необходимости осуществления принудительного лечения либо отказа в таковом.

Как быть с больным родственником

Как быть с больным родственником (бабушкой, дедушкой) и его определением в психиатрический диспансер? Психиатрический диспансер является лечебным учреждением, а значит, для того чтобы госпитализировать туда своего родственника, нужно, как минимум, наличие какого-либо психического расстройства, которое может быть стабилизировано либо вылечено за счет пребывания в нем.

Именно эти слова Вы услышите при обращении в приемный покой с просьбой поместить туда своего престарелого родственника. Объяснение такого помещения своей усталостью и отсутствием возможности больше осуществлять уход не может рассматриваться в качестве причины для ограничения свободы человека без его осознанного согласия.

Получить осознанное согласие можно попробовать, задав прямой вопрос своему родственнику о его желании лечь в психиатрическую клинику для получения лечения. Как вы думаете, какой будет ответ? Поэтому в большинстве случае помещение психически больного человека в больницу будет носить принудительный характер, т. е. совершаться против его воли, но с учетом тяжести его заболевания, потенциальной опасности обществу и состояния беспомощности.

Но такой госпитализации должно быть найдено разумное объяснение: почему человека вот так принудительно ограничили в свободе, поместили в стационар, практически взяв в заложники, и продолжают удерживать?

В соответствии с 29-й статьей Закона «О психиатрической помощи», в качестве основания для госпитализации может выступать тяжелое психическое расстройство, с которым можно справиться исключительно в больнице.

  • дома нет возможности делать уколы, а родственники проживают в другом районе, городе;
  • посещение врача скорой помощи не дает никакого результата;
  • человек отказывается принимать лечение, прочее.

Состояние такого пациента должно отвечать одной из следующих ситуаций:

  • наблюдается агрессия (аутоагрессия), когда человек отказывается от еды, норовит выброситься из окна, покончить жизнь самоубийством другим способом, дерется, кидается, пытаясь убить кого-либо – то есть, присутствует непосредственная угроза жизни ему и окружающим;
  • человек не способен самостоятельно обслуживать себя и удовлетворять свои жизненные потребности, а, значит, пить, есть, ходить в магазин и покупать продукты питания, соблюдать в доме чистоту и ухаживать за собственной чистотой, плохо ориентируется в ситуации и пространстве вообще, прочее, — то есть, человек полностью становится беспомощным;
  • человек нарушает общественный порядок (режим работы различных организаций), плохо спит, ест, не следит за собой и порядком в доме, за собственным здоровьем, ввиду чего есть угроза развития соматических заболеваний – то есть, речь идет о прогрессирующем ухудшении состояния, которое, в тоже время, не достигает еще того состояния, что было описано выше.
Это интересно:  НДС повысят до 20%: как это отразится на обычных людях?

Решение относительно принудительного помещения человека в больницу врач может принять сразу после самостоятельного осмотра.

Возможные проблемы с госпитализацией:

  • Для того, чтобы врачом-психиатром был проведен осмотр человека и сделана запись, связанная с наличием (отсутствием) психического заболевания, т. е. проведено психиатрическое освидетельствование, без обязательного разрешения последнего не обойтись (23-я статья Закона «О психиатрической помощи»). Недобровольное освидетельствование может иметь место с учетом того же основания, что может применяться в отношении принудительной госпитализации. Спрашивать согласия вовсе не обязательно, если человек уже числится на учете в психоневрологическом диспансере, либо становится опасным для себя и других людей. В случае с беспомощностью (причинением существенного вреда здоровью) врачу вменяется обязанность запросить санкцию судебного органа, предварительно представив бумагу с отражением оснований для осуществления принудительного освидетельствования. Ответ приходит в течение пяти дней. Все чаще это отрицательный ответ, обусловленный участившимися мошенническими случаями с недвижимостью.

  • Лица пожилого возраста, кроме психического заболевания, часто имеют соматические (телесные) недуги, которые в стадии обострения могут привести к острому психотическому возбуждению, помрачению сознания, возникновению галлюцинаций, агрессии, прочее. Поэтому, прежде чем направить в стационар психиатрической больницы, врачи часто требуют осмотра кардиолога, эндокринолога, хирурга и терапевта. Если отметки этих врачей не будет, в госпитализации могут отказать. Есть, разумеется, альтернатива в виде психосоматических отделений в городских клиниках, где даже при наличии соматопсихической патологии все равно не отказывают в приеме. Но сюда принимают, только если наличествует четкое обострение соматического недуга, т. е. с обычной гипертонией уже не возьмут. К тому же, количество мест здесь весьма ограничено.
  • Возрастная отметка в 65 лет часто становится причиной для отказа в приеме в стационар. Это касается не только психиатрических диспансеров, но и больниц в целом. Разумеется, в законе о применении такого основания речи не идет, поскольку такой отказ считается противозаконным. Поэтому отказать могут под различными предлогами, в том числе, ввиду отсутствия острой симптоматики и наличия более серьезных, сопутствующих патологий на момент осмотра.

При обращении в коммерческую психиатрическую клинику можно столкнуться с правилом не принимать пациентов в возрасте старше 60 лет либо приемом в стационар только по предварительной договоренности.

Муниципальная скорая психиатрическая помощь может отреагировать только в случаях, когда есть опасность для жизни больного (его окружающих) либо больной состоит на учете. Часто это объясняется большой загруженностью и большим количеством вызовов.

Поэтому вся надежда остается на врача-психиатра психоневрологического диспансера, который, собственно, обязан решать вопросы, связанные с приемом в стационар. Но следует быть готовым к тому, что врач часто отказывается их решать.

Статья 101 УК РФ. Принудительное лечение в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях

Новая редакция Ст. 101 УК РФ

1. Принудительное лечение в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, может быть назначено при наличии оснований, предусмотренных статьей 97 настоящего Кодекса, если характер психического расстройства лица требует таких условий лечения, ухода, содержания и наблюдения, которые могут быть осуществлены только в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях.

2. Принудительное лечение в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, общего типа может быть назначено лицу, которое по своему психическому состоянию нуждается в лечении и наблюдении в стационарных условиях, но не требует интенсивного наблюдения.

3. Принудительное лечение в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа может быть назначено лицу, которое по своему психическому состоянию требует постоянного наблюдения.

4. Принудительное лечение в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа с интенсивным наблюдением может быть назначено лицу, которое по своему психическому состоянию представляет особую опасность для себя или других лиц и требует постоянного и интенсивного наблюдения.

Комментарий к Статье 101 УК РФ

1. Комментируемая статья устанавливает общие критерии применения всех видов ПММХ, связанных с направлением в психиатрический стационар лица, совершившего общественно опасное деяние, предусмотренное УК РФ.

1.1. Прежде всего это наличие оснований и условий, указанных в ст. 97: а) совершение лицом общественно опасного деяния, предусмотренного Особенной частью УК; б) обусловленная психическим расстройством возможность причинения больным существенного вреда охраняемым законом интересам либо самому себе, либо другим лицам; в) невозможность оказания лицу необходимой психиатрической помощи (обследование, диагностика, лечение, уход и т.п.) вне психиатрического стационара. Все эти основания и условия должны быть достоверно установлены как органом предварительного расследования, так и судом при назначении ПММХ.

1.2. Назначая тот или иной вид ПММХ, суд обязан оценить как реальное, так и прогнозируемое (экспертами) психическое состояние больного, характер и степень общественной опасности совершенного им деяния, тяжесть наступивших последствий, а также личность нуждающегося в применении ПММХ и назначить тот или иной ее вид, строго руководствуясь принципом необходимости и достаточности реализации ее целей.

2. Принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа — аналог ч. 1 ст. 59 УК РФ РСФСР, предусматривавшей «помещение в психиатрическую больницу с обычным наблюдением».

2.1. В настоящее время психиатрический стационар общего типа — это обычная (районная, городская) психиатрическая больница с разнообразной профилизацией отделений. В подобную больницу, как правило, помещаются психически больные лица, которые по своему психическому состоянию и характеру совершенного ими деяния нуждаются в больничном содержании и лечении в принудительном порядке, но при этом не требуют интенсивного наблюдения со стороны лечащего или обслуживающего персонала.

2.2. Психическое состояние данных больных должно допускать возможность их содержания без специальных мер безопасности, в условиях обычного режима, свойственного обычным психиатрическим больницам. Естественно, что в отличие от других пациентов лица, к которым применена указанная ПММХ, не могут отказаться от реализации названной меры. Не требуется и их добровольного согласия на лечение, поскольку его легитимно заменяет постановление суда о применении данной ПММХ (ст. 443 УПК).

3. В стационарах специализированного типа, напротив, содержатся исключительно лица, страдающие психическими расстройствами, которые представляют повышенную общественную опасность и потому направлены на лечение в принудительном порядке. Специализированный характер психиатрического стационара, особенности режима и лечения в нем исключают возможность направления в него тех пациентов, психиатрическая помощь которым оказывается в добровольном порядке.

3.1. Необходимость постоянного наблюдения в отношении этих лиц объективно обусловлена характером совершенного ими общественно опасного деяния, степенью и тяжестью их психического расстройства, склонностью к повторным и систематическим общественно опасным деяниям, стойкой антисоциальной направленностью личности и тому подобными факторами.

3.2. Степень выраженности названных признаков в свою очередь обусловливает тот или иной вид специализированного психиатрического стационара, назначаемого по постановлению суда (ст. 443 УПК). Каждый из них характеризуется все более возрастающей степенью строгости режима содержания, дополнительными мерами безопасности и штатных единиц медицинского, обслуживающего и охранного персонала, степенью организации наружной охраны силами службы безопасности и тому подобными факторами.

4. Принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением предназначено для лиц, страдающих психическими расстройствами, которые по характеру совершенного ими деяния (тяжкие, особо тяжкие преступления), своему психическому состоянию, течению болезни, негативным свойствам личности представляют особую опасность для охраняемых законом интересов, для себя или других лиц и в силу этого требуют постоянного и интенсивного наблюдения.

4.1. В качестве критерия применения названной меры наряду с отмеченными может выступать и систематичность совершения общественно опасных деяний несмотря на неоднократное применение в прошлом ПММХ, агрессивное поведение психически больного лица по отношению к медицинскому и обслуживающему персоналу или другим пациентам во время реализации ПММХ, упорный отказ от назначенного лечения, грубые нарушения режима, попытки побега, суицида и т.п. антисоциальные действия, представляющие повышенную опасность для окружающих.

Другой комментарий к Ст. 101 Уголовного кодекса Российской Федерации

1. В статье установлен общий критерий применения принудительных мер медицинского характера, связанных с направлением в психиатрический стационар, — невозможность оказания лицу необходимой психиатрической помощи (обследование, диагностика, лечение) вне психиатрического стационара.

2. Принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа заключается в помещении лица, обнаруживающего расстройство психики, в обычную (городскую, районную) психиатрическую больницу (отделение), где проходят лечение психически нездоровые лица, не совершавшие общественно опасных деяний. По своим клиническим особенностям больные, направленные на принудительное лечение в данный стационар, не требуют интенсивного наблюдения. Это обусловлено, во-первых, тем, что психическое расстройство протекает относительно благоприятно, так как личность больного остается достаточно сохранной; во-вторых, отсутствием тенденций к грубым нарушениям больничного режима, так как общественно опасные деяния таких больных прямо связаны с их психотическими переживаниями (бредовыми идеями, аффективными расстройствами и т.п.).

В психиатрический стационар общего типа помещаются две категории лиц: а) лица, совершившие общественно опасные деяния в психотическом состоянии; б) лица, страдающие слабоумием, или лица с психическим дефектами различного происхождения, совершившие общественно опасные деяния, будучи спровоцированы внешними неблагоприятными обстоятельствами.

3. Психиатрические стационары специализированного типа представляют собой психиатрические отделения или больницы, предназначенные только для принудительного лечения. Специализированность психиатрического стационара заключается в том, что в рассматриваемом лечебном учреждении установлен режим содержания пациентов, исключающий возможность совершения ими новых общественно опасных деяний или побегов. В рассматриваемых стационарах предусмотрена дополнительная внешняя охрана.

Принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа назначается лицу, которое по своему психическому состоянию требует постоянного наблюдения. Общественная опасность такого лица связана со стойкими, малообратимыми дефицитарными расстройствами и изменениями личности, а также сформировавшейся на этой почве антисоциальной жизненной позицией. Подобные нарушения психики купируются с помощью как медикаментозных средств, так и психокоррекционных мер и трудовой реабилитации.

В психиатрический стационар специализированного типа помещаются лица, страдающие психопатоподобными расстройствами, различными психическими дефектами и изменениями личности.

4. Психиатрические стационары специализированного типа с интенсивным наблюдением предназначены для лиц, представляющих по своему психическому состоянию, с учетом совершенного деяния, особую опасность, поскольку такие больные склонны к агрессивным действиям, к грубому нарушению больничного режима (имеются в виду попытки нападения на персонал, склонность к побегу, суициду, инициирование групповых беспорядков). Для таких стационаров предусмотрена особая охрана, осуществляемая на условиях и в порядке, определенных Федеральным законом от 7 мая 2009 г. N 92-ФЗ «Об обеспечении охраны психиатрических больниц (стационаров) специализированного типа с интенсивным наблюдением».

В психиатрические стационары специализированного типа с интенсивным наблюдением помещаются психически нездоровые лица, которые требуют постоянного и интенсивного наблюдения и принятия специальных мер безопасности.

Рассматриваемый вид стационарного принудительного лечения назначается лицам, совершившим особо тяжкие деяния против личности, обусловленные клиническими проявлениями психического расстройства и (или) личными особенностями.

Статья написана по материалам сайтов: studme.org, www.zakonprost.ru, www.the-village.ru, semeynoepravo.com, ukodeksrf.ru.

«

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий